Управляющий партнер АФ «Палладиум» Альбина Губайдуллина приводит статистику ФНС за 2025 год: всего по результатам выездных налоговых проверок и аналитической работы в бюджет поступило 496 млрд рублей — на 22% больше, чем годом ранее
«Невидимые» проверки
Среди постоянных штормов в налоговой сфере, непрекращающихся реформ и нововведений трудно «выцепить» новые тенденции в сфере налогового контроля. На фоне постоянных налоговых реформ предприниматель думает о том, как адаптироваться к новым правилам, не получить доначислений и выбрать верный налоговый режим, а не о трендах фискального контроля.
Но те, кто может оценить «внутрянку» со стороны, уже давно обратили внимание на свежее веяние последних лет: фискальный контроль все меньше похож на классическую налоговую проверку. Все проходит в рамках удаленного предпроверочного анализа — предприниматель не знает и не догадывается, а ФНС уже ведет проверку.
Управляющий партнер АФ «Палладиум» Альбина Губайдуллина приводит статистику ФНС за 2025 год: всего по результатам выездных налоговых проверок и аналитической работы в бюджет поступило 496 млрд рублей — на 22% больше, чем годом ранее. При этом 310 млрд рублей пришлось на результаты аналитической работы, а 186 млрд рублей — непосредственно на выездные проверки. То есть на аналитическую работу и добровольные уточнения бизнеса без официальных налоговых проверок пришлось около 63% поступлений.
При такой схеме предприниматель вообще не видит инспектора в своем офисе, вся информация собирается дистанционно, а позднее фирме предлагают исправить ситуацию самостоятельно — представить уточненную декларацию.
Не нужно бежать в налоговую с белым флагом
Губайдуллина советует: получение требования — повод не для паники, а для диагностики своего бизнеса. Если инспекция вызывает компанию на комиссию, игнорировать приглашение не стоит. Но до визита нужно изучить спорные операции, проверить контрагентов и подготовить позицию.
Причем речь идет не только о конкретных договорах или счете-фактуре. Налоговую сегодня интересует вся цепочка: кто фактически выполнял работу, где находились сотрудники, с каких IP и MAC-адресовосуществлялись банковские платежи, были ли у контрагента необходимые ресурсы, почему выбрали именно его, как велась переписка, соответствовала ли цена рыночной и какие существуют доказательства реальности исполнения сделки конкретно этим контрагентом.
«У нас много позитивных кейсов, когда мы снимали многие претензии благодаря тому, что начинали работу еще до налоговой проверки», — рассказывает Губайдуллина
И главное — не стоит давать поспешных пояснений и сразу признавать нарушения, подавая «уточненку». После комиссии необходимо изучить протокол и доводы инспекции и только потом принять решение: соглашаться с требованиями или направлять в инспекцию возражения. Возможно, алгоритм обнаружил формальный признак, который легко объясняется реальной хозяйственной деятельностью. А возможно, бизнес действительно построен так, что при более глубоком анализе у налоговой появится серьезная доказательная база для доначисления.
Разница между этими двумя ситуациями может стоить компании миллионов рублей. И именно в таких ситуациях становится наглядной разница между налоговой стратегией и простым бухгалтерским учетом.
«У нас много позитивных кейсов, когда мы снимали многие претензии благодаря тому, что начинали работу еще до налоговой проверки, — рассказывает Губайдуллина. Например, сейчас активно проверяются компании, связанные с площадками „бумажного“ налога на добавленную стоимость (НДС). Но если вам действительно поставили товар или выполнили работу, есть документы и другие доказательства, подтверждающие реальность сделки, то претензии налоговиков можно снять».
Стоит напомнить: в середине апреля сообщалось, что в России раскрыли крупнейшую площадку по незаконному оформлению «бумажного» НДС. Через сеть из более чем 4,8 тыс. фирм в 2023–2025 годах было сформировано фиктивных вычетов на сумму свыше 1,2 трлн рублей. Пользователями схемы стали более 37 тыс. компаний. Теперь налоговая проверяет тех, кто может быть связан с этой историей. Компания могла не пользоваться услугами площадки — достаточно, чтобы это делал ее контрагент.
Кстати, в случае с выявлением «бумажного» НДС в отношении компании могут быть применены не только налоговые последствия, но и признание сделки противоречащей основам нравственности. Тогда, помимо налогового штрафа, с компании могут взыскать в доход государства всю сумму сделки, а не только НДС и налог на прибыль. И такой подход в Татарстане уже применялся.
Дополнительно эксперт обращает внимание, что если раньше вопросы инспекторов по разрывам касались в основном НДС, то теперь налоговая стала предъявлять претензии и по налогу на прибыль.
В практике эксперта достаточно часто удавалось доказать, что бизнес структурирован, экономически обоснован и взаимодействие с аффилированными структурами имеет деловую цель
Акцент на дроблении и борьбе с миграцией в льготные регионы
Еще один тренд — требования и вызовы в инспекцию в связи с дроблением бизнеса. Налоговая вновь действует превентивно: сообщает о признаках дробления и предлагает пересмотреть налоговые обязательства и подать уточненную декларацию.
Но и в этом случае не стоит сдаваться. В практике эксперта достаточно часто удавалось доказать, что бизнес структурирован, экономически обоснован и взаимодействие с аффилированными структурами имеет деловую цель: например, часть активов продавалась, потому что после изменения налоговой системы и появления НДС прежняя модель стала нерентабельной,происходит деление бизнеса между партнерами или существует реальная франшиза.
«Если структура бизнеса создана не с целью не платить налоги, а имеет деловую цель, ее достаточно легко защитить. Шансы достаточно хорошие, если представить экономическое обоснование, подтверждающие документы, бизнес-планы, переписки, отчеты оценщикови доказательства проявления должной осмотрительности», — подчеркивает Губайдуллина.
Дополнительно эксперт обращает внимание, что если раньше вопросы инспекторов по разрывам касались в основном НДС, то теперь налоговая стала предъявлять претензии и по налогу на прибыль.
Отдельное актуальное направление в налоговом контроле — налоговая миграция в льготные регионы. Стало гораздо больше требований к компаниям, которые переехали в льготные регионы. Переезд бизнеса в регион с более выгодными условиями сам по себе не запрещен, и зачастую «доначисления» в этом направлении связаны именно с «добровольными» уточнениями бизнеса. Поэтому и в этом вопросе важно грамотно обосновать цель переезда, подтвердить реальность пребывания в регионе.
В числе признаков фиктивной миграции: отсутствие сотрудников или контрагентов в новом регионе, отсутствие самого налогоплательщика по адресу регистрации, отсутствие кассовой техники там, где она должна использоваться, и др.
Вдобавок уже долгое время одним из ярчайших «ред флагов» для налоговой являются скрытые трудовые отношения и серые выплаты. Компания может формально заключить договор оказания услуг, но, если человек фактически работает как штатный сотрудник, налоговая может увидеть подмену трудовых отношений.
Похожая ситуация возникает с ИП-управляющими. «ИП может быть управляющим ООО, но при этом его ОКВЭД, допустим, связан с розничной торговлей, строительством или другой деятельностью, не связанной с управлением или консалтингом. Налоговый орган может рассмотреть, что здесь есть скрытые трудовые отношения, и доначислить страховые взносы и НДФЛ».
Поэтому даже такая деталь, как ОКВЭД, может оказаться важной частью налоговой защиты. «Само по себе наличие нескольких видов деятельности у ИП не запрещено. Важно обосновать реальность этой деятельности».
Губайдуллина предупреждает, что «робот» налоговой анализирует сайты компаний и сервисы поиска сотрудников
Не хуже ФСБ: налоговая найдет информацию из СМИ, соцсетей и видео с корпоративов
Но как налоговой удается дистанционно выведать все о компании? ФНС уже давно формирует на каждого «подданного» свое досье. В него могут попадать как сведения от государственных и правоохранительных органов, банков, таможни, лицензирующих организаций, органов загса, специализированных реестров (ЕГРЮЛ и ЕГРИП, ЕГРН) и налоговых систем, так и данные из СМИ, интернета и социальных сетей.
Губайдуллина предупреждает, что «робот» налоговой анализирует сайты компаний и сервисы поиска сотрудников. Например, на сайте указаны 150 магазинов и большая команда, а юридически структура бизнеса выглядит совсем иначе со всеми признаками искусственного дробления 150 магазинов между 10 связанными бизнес-единицами. Налоговая сопоставляет эти данные и задает соответствующие вопросы компаниям с целью объяснить такие расхождения.
Под внимание попадут даже видеоинтервью владельца бизнеса, где он, например, хвалится масштабами бизнеса и активами. На деле же все они принадлежат разным лицам. Стоит налоговой копнуть поглубже, и она выявляет дробление через передачу компаний номинальным лицам. Фискалы даже могут отследить подмену трудовых отношений самозанятостью, просто посмотрев видео с корпоратива компании, если сотрудников там будет в разы больше, чем оформлено.
Причем речь идет не о том, что инспектор вручную каждый вечер изучает социальные сети всех предпринимателей. Смысл как раз в другом: автоматизированный контроль позволяет сначала выявлять подозрительные комбинации признаков, а затем уже передавать их для анализа.
«Субсидиарка» начинается не в банкротстве
К сожалению, нередко долги перед бюджетом оборачиваются банкротством компании и впоследствии — личной ответственностью ее владельцев и руководителей. Губайдуллина обращает внимание: защиту от субсидиарной ответственности нельзя начинать в тот момент, когда уже появилось дело о банкротстве. Это особенно актуально сейчас, когда количество должников растет, а налоговая все активнее выступает кредитором.
Например, если бизнес структурирован так, что рисковое направление переводится в отдельную компанию, но при этом все компании продолжают пользоваться одними ресурсами, сотрудниками, деньгами и управлением, формальное разделение может не защитить собственника. Скорее напротив — ФНС обязательно придет за «клоном».
Очень часто предприниматели не понимают, насколько важны детали. «Когда налоговый орган или суд анализирует структуру бизнеса, они смотрят именно на нюансы: с каких электронных почт велась переписка, на кого зарегистрированы сайты и домены, на каком основании конкретное лицо использовало домен, кто трудоустроен, а кто фактически исполняет трудовые функции и в рамках каких договоров», — поясняет Губайдуллина.
Например, семейный бизнес сам по себе не запрещен. Родственники могут заниматься одним видом деятельности, но каждый должен работать самостоятельно — это не будет считаться дроблением. И в частности, ФНС и суды даже допускают вопрос частичной передачи бизнеса «от отца к сыну» в рамках наследования бизнеса.Но если все финансовые потоки контролируются одним человеком, это уже риск.
Если под бизнес-планы и совершаемые действия есть деловые цели, обоснования и документы, подтверждающие, что целью не была неуплата налогов, субсидиарной ответственности можно избежать.
Стратегию защиты от субсидиарной ответственности нужно выстраивать еще на этапе планирования структуры бизнеса. Нужно закладывать механизмы защиты от уголовной и субсидиарной ответственности, а также от взыскания задолженности с третьих лиц уже тогда, когда разрабатывается налоговая и организационная стратегия.
Причем это нужно делать не один раз. Структуру бизнеса необходимо ежегодно анализировать, проводить налоговый аудит и составлять матрицу рисков. Многие лишь следят за налоговыми новостями или используют агрессивные методы налогового планирования, не оценивая последствий. Но когда проблема возникает, оказывается, что нет нормального документооборота, бизнес-плана и экономического обоснования.
Почему собственнику недостаточно «скинуть» все на бухгалтерию?
Все эти истории приводят к главному выводу: налоговая стратегия становится частью управления компанией. «Раньше считалось, что налоговая проверка — это в основном вопрос главного бухгалтера и финансового директора. Сейчас очевидно, что вопросы налоговой стратегии относятся к топ-менеджменту и собственникам бизнеса», — говорит Губайдуллина.
Руководителю приходится отвечать на вопросы, которые формально не относятся к бухгалтерскому учету: зачем создано несколько компаний, почему выбран этот регион, для чего бизнес работает конкретно с этим контрагентом, почему сотрудник оформлен как самозанятый или ИП, почему актив продан по определенной цене.
Именно поэтому в АФ «Палладиум» рекомендуют не ждать требования ФНС, а проводить налоговую диагностику заранее. «Нужно проводить анализ структуры бизнеса, составлять матрицу налоговых рисков и определять действия по управлению этими рисками. Многие предприниматели вообще не понимают, что осуществляют деятельность, которая может быть признана рискованной», — рассказывает эксперт.
При этом задача налогового планирования, учитывая все налоговые риски, — найти законные резервы для снижения нагрузки: отраслевые льготы, региональные преференции, особенности создания резервов, инвестиционные инструменты и другие возможности.
«Предприниматели часто говорят: „Если мы начнем платить все налоги, нам придется повышать цены и мы станем неконкурентоспособными“. И они привыкли к агрессивным способам налогового планирования, хотя у их отраслей могут быть законные налоговые преференции, о которых они просто не знают», — отмечает Губайдуллина.
«Так, к нам обращались предприниматели, которые сдают в аренду жилую недвижимость и хотели дробить бизнес в связи с появлением НДС, а Налоговый кодекс вообще освобождает такой бизнес от уплаты НДС. Получается, что они бы ушли в рисковую зону дробления просто из-за незнания законодательства. Такая же история с общепитом и медицинскими компаниями. А популярным в наше время онлайн-школам можно существенно сократить налоговую нагрузку, если использовать преференции НКО (некоммерческих организаций), резидентства Сколково и регистрации интеллектуальной собственности», — приводит примеры эксперт.
Это подтверждает, что важно системно заниматься вопросами налогового планирования, проводить налоговый аудит и периодически оценивать структуру бизнеса на возможность использования льгот и выстраивания системы защиты активов.
В новой реальности это, пожалуй, и есть главный принцип налоговой безопасности: не пытаться угадать, когда придет налоговая, а заранее посмотреть на собственный бизнес ее глазами. Потому что сегодня ФНС может увидеть гораздо больше, чем просто цифры в декларации.
Научиться этому можно на авторском бизнес-завтраке «Как защитить бизнес в 2026: налоговая стратегия» от АФ «Палладиум». Компания приглашает собственников бизнеса и топ-менеджмент на мероприятие, чтобы разобраться в ключевых изменениях 2026 года и выработать оптимальную налоговую стратегию с целью защиты активов компании и собственника. Зарегистрировать участие можно на сайте компании.
Реклама. ООО «АФ «Палладиум»
Фотографии предоставлены ООО «АФ «Палладиум»