Каждое лето казанские пляжи принимают сотни тысяч человек — и кого-то из них достают из воды в последние секунды. При этом тонут, как выясняется, не только те, кто не умеет плавать. О том, как на самом деле выглядит тонущий человек, чем опасны надувные жилеты, кто отвечает за прокат сапов и стихийные места купания и на какой пляж Казани можно со спокойной душой отправить жену и детей, в интервью «БИЗНЕС Online» рассказал председатель казанского общества спасания на водах Никита Коробицын.
Никита Коробицын: «Наши посты есть на пляжах озера Комсомольское, Большого Лебяжье, Глубокого, Локомотива, Нижнего Заречья, а также в местах отдыха людей в парке Победы, на Малом Лебяжье, на озере Изумрудное и с прошлого года на Большом голубом озере»
Что такое ОСВОД?
— Никита Александрович, расскажите, пожалуйста, что такое ОСВОД? Чем вы отличаетесь от МЧС?
— Это общество спасания на водах, общественная организация, занимаемся, соответственно, содействием в области обеспечения безопасности на водных объектах и повышением культуры безопасного отдыха среди людей. И всем сопутствующим — например, профилактикой среди детей и молодежи, посещаем школы, детские оздоровительные лагеря, занимаемся организацией спасательных постов в Казани и других районах Татарстана.
— А давно вы сами этим занимаетесь?
— Я руковожу этой организацией почти 9 лет, до этого ее возглавлял мой отец. В 2017-м он, к сожалению, ушел из жизни. Это произошло неожиданно, мне пришлось подхватить и организацию, и другие незавершенные дела.
Никита Александрович Коробицын с 2017 года возглавляет ОСВОД Казани — местную общественную организацию «Общество спасания на водах города Казани Республики Татарстан», входящую в систему ОСВОД России. Под его руководством — 13 спасательных постов в Казани и Верхнеуслонском районе, включая пять городских пляжей и несколько мест массового отдыха, где в купальный сезон дежурят 60–70 спасателей. За время работы организация уже спасла около 120 человек и продолжает спасать по 5–7 ежегодно.
Коробицын в ОСВОД отвечает за все: от найма и закупки снаряжения до проверки спасателей и того, что нужно для полного функционирования постов. Кроме него, в штате есть бухгалтер и спасатели. На мероприятиях в школах и детских лагерях, которые проводятся с целью повышения культуры отдыха среди детей, безвозмездно помогают общественники.
— То есть судьба сделала вас спасателем? Вам тогда было всего 22 года…
— Да, в тот период пришлось сделать выбор, чем заниматься. На самом деле я уже до того активно участвовал в этих процессах: будучи студентом, помогал в организации, параллельно учился, работал и занимался вот этой общественной деятельностью. Но с 2017 года выбор был сделан.
— Какое хозяйство вам досталось?
—Тогда ОСВОД включал 7 спасательных постов в Казани, с тех пор их количество активно увеличивается. Сейчас их 13: в Казани 11, еще два в Верхнеуслонском районе. Наши посты есть на пляжах озера Комсомольское, Большого Лебяжье, Глубокого, Локомотива, Нижнего Заречья, а также в местах отдыха людей в парке Победы, на Малом Лебяжье, на озере Изумрудное и с прошлого года на Большом голубом озере.
С тех пор увеличился и объем работ: ужесточились требования к качеству оказания безопасности на водных объектах. Казань активно развивается, нужно соответствовать этому уровню. Также у нас менялись и законодательные нормы, требования к профессии матроса-спасателя. Теперь для работы на водных объектах (на пляжах, в бассейнах) нужно получать свидетельство о профессии.
— А количество людей на пляжах выросло за 10 лет?
— Да. В том числе больше туристов приезжает отдыхать. К тому же у нас в последние годы наблюдались температурные рекорды. Последний раз на моей памяти прохладное лето у нас было в 2019-м.
— Чем больше людей, тем больше риски и больше работы для вас? Как устроены будни спасателей?
— Режим работы спасательных постов в Казани установлен в основном с 9 утра до 8 часов вечера. За исключением пляжей Казани, где больше всего людей — там режим работы увеличен на час.
Осенью и весной, начиная с апреля, у нас проходят мероприятия в области обеспечения безопасности, например, на соревнованиях мы организуем дежурства, на городских праздниках, частных мероприятиях. Общественная деятельность у нас идет круглогодично. Где-то людей переподготовить нужно, где-то небольшой процент новых набрать. Подготовить снаряжение, докупить новое, поменять старое, форму спасателей заменить, аптечку укомплектовать на все посты, обновить лодки.
Общественная деятельность у нас идет круглогодично в области профилактики безопасности на водных объектах.
«Для обеспечения потребностей в закупке и обновления инвентаря даже общественная организация должна показывать положительный финансовый результат, в том числе для реализации общественных программ»
— У ОСВОД есть какой-то бюджет, которым вы можете распоряжаться? Как устроено финансирование?
— Финансирование на водолазное обследование акватории, подготовку инфраструктуры, организацию и функционирование спасательных постов на пляжах и местах отдыха у воды осуществляет исполнительный комитет Казани, у нас в городе безопасности на муниципальных пляжах уделяется особое внимание. Спасательное снаряжение, буйки, зоны ограждения, детские зоны купания, расходы на обучение, форму — это наша расходная часть.
Определенный инвентарь обновляется ежегодно, так как за три месяца может прийти в негодность. Нужно обновлять лодки, закупать хозяйственные принадлежности для полноценного функционирования спасательного поста — там большой список набегает того, что нужно сделать, чтобы к 1 июня безопасность на водных объектах, пляжах и в местах отдыха была готова, независимо от погоды.
— Сколько нужно ежегодно вкладывать в обновление инфраструктуры? Хватает ли средств?
— Из года в год расходная часть может варьироваться, поскольку у всего снаряжения есть свой срок амортизации. У нас нет никаких спонсорских взносов, поэтому для обеспечения потребностей в закупке и обновлении инвентаря даже общественная организация должна показывать положительный финансовый результат, в том числе для реализации общественных программ. Если говорить в цифрах, то расходные материалы, снаряжение и сопутствующий инвентарь — минимум от нескольких сотен тысяч рублей ежегодно.
— А с кадрами как? Достаточно людей?
— По-разному. В этом году большое количество желающих, как такового дефицита нет, полный комплект. Но бывали периоды, когда приходилось искать людей, обучать их. Тут посменный режим работы, два через два, соответственно, штат — это не просто три человека, которые ежедневно дежурят, а еще и запасные спасатели.
— Сколько спасатели зарабатывают? Тысяч 60–70 в месяц?
— Да, с учетом небольших переработок. Если хочешь заработать — можешь заработать. Но работа спасателем — это не только про заработок. Конечно, любой труд должен достойно оплачиваться, и это важный элемент, особенно в сферах с повышенной ответственностью. Работа действительно тяжелая: спасатель должен понимать, что в любой момент ему придется отвечать за чужую жизнь — не каждый готов взять на себя такую ответственность. Тут очень многое на отношении к делу держится, а не на доходе, есть куда более прибыльные сферы деятельности, нужно любить свое дело. Быть бдительным надо, даже когда почти никого нет: вода холодная, дождь льет, а все равно кто-нибудь да придет купаться, и нужно реагировать.
«Последние пять лет у нас по 5–7 спасенных людей, а вот в том году было 13: был очень активный июнь и первая половина июля, происшествия случались чуть ли не каждый день»
О том, как избежать трагедии на воде
— Замруководителя территориального органа ГУ МЧС России по РТ Денис Мокеев на этой неделе сообщил, что с начала 2026 года на водоемах Татарстана погиб 31 человек, включая троих детей. От чего чаще всего случается беда на воде?
— В этом году зафиксировано пять происшествий: два с участием несовершеннолетних, три — нетрезвых взрослых. Там история одна и та же: человек в состоянии опьянения переплыл озеро, в какой-то момент устал и начал звать на помощь, хаотично двигаться. Спасатели в такие моменты видят, что человек ведет себя странно — подъезжают к нему на лодке и вытаскивают из воды. На вверенных нам территориях пляжей, слава богу, ничего трагичного не было.
Мы выделяем три основные причины: купание в необорудованных местах, купание в состоянии алкогольного опьянения и отсутствие должного контроля за детьми со стороны взрослых. Поэтому основная наша задача — предотвращение происшествий. Это значит, что, если никаких ЧП не было, наши спасатели в этот день провели большую работу.
— Количество предотвращенных ЧП, наверное, счету не поддается, а скольких людей удалось спасти за время работы ОСВОД?
— Точную цифру не скажу, но более 100 точно, где-то 120 человек. Последние пять лет у нас по 5–7 спасенных людей, а вот в том году было 13: был очень активный июнь и первая половина июля, происшествия случались чуть ли не каждый день. Иностранных гостей, которые нахлебались воды, тоже вытаскивали.
— Как вообще понять, что человек тонет? Со стороны же не всегда видно.
— Опытные спасатели это видят: во-первых, у человека взгляд становится испуганный, потерянный. То есть он плыл-плыл, а потом резко начинает делать какие-то хаотичные движения, головой крутит. Когда человеку стало плохо, он уже и позвать на помощь не может: начинает всплывать, руками махать. Особенно опасны те, кто в состоянии опьянения, — они часто даже не осознают, что уже что-то происходит.
В этом году как раз был случай: человек плыл, устал и начал подавать признаки. Спасатель подплыл, поднял его в лодку, а он говорит: «Да все нормально, я хотел уже обратно плыть». А сил-то уже практически не осталось. Потом признался на берегу: хорошо, что подплыли и помогли. То есть алкоголь очень сильно искажает ощущение собственных возможностей.
— Дайте, пожалуйста, совет, что делать, если рядом кто-то начал тонуть. Чтобы в процессе самому еще не погибнуть.
— Во-первых, нужно сразу привлечь как можно больше людей, позвать на помощь. Во-вторых, обязательно подумать о собственной безопасности: тонущий в паническом состоянии может утащить вас за собой, и, возможно, спасать придется уже двоих.
Воспользуйтесь спасательными кругами, если они на пляже развешаны, позовите спасателей. Очевидец же вряд ли знает специальные приемы и физически не сможет помочь. Лучше точно понимать локацию, не отводить взгляд от человека и звать на помощь. И обязательно вызвать скорую — мы не знаем, почему человеку стало плохо.
— А если понимаешь, что тонешь сам?
— Постараться привлечь к себе внимание и, насколько возможно, не паниковать. Есть определенные приемы, которые помогают, — их нужно изучить заранее и быть готовым к тому, что такое может произойти. Если вы просто устали, надо перевернуться на спину, расслабиться, отдохнуть на воде и постараться привлечь к себе внимание.
«Если вы не уверены в своих силах — обязательно надевайте жилет. Причем не надувные нарукавники и жилеты, особенно это касается детей»
— Можете поподробнее рассказать об этих приемах?
— Хотелось бы рекомендовать изучить подробные материалы и то, какие приемы существуют, так как ситуации могут возникнуть разные, в подробных иллюстрациях или видеороликах, это все есть в открытом доступе. Если любите дальние заплывы, надо пользоваться специальными буйками-поплавками, которые помогут вам удержаться на воде, если, не дай бог, у вас возникли трудности.
Если вы не уверены в своих силах — обязательно надевайте жилет. Причем не надувные нарукавники и жилеты, особенно это касается детей. Это, так скажем, мнимая безопасность, все это ненадежно, может проткнуться и лопнуть. Жилет должен быть специальный, по ГОСТу: оранжевый, с наполнителем из пенопласта — даже если проткнется, все равно будет держать вас на воде.
— А если трагедия все-таки случилась — кто несет за нее ответственность?
— Все зависит от обстоятельств, они могут быть разные. Поскольку мы подходим к работе ответственно, халатное отношение в нашей сфере просто недопустимо. Спасатель, конечно, должен в полной мере отвечать за свои действия, работать по инструкциям. Если он делает все в рамках своих обязанностей, в нужной последовательности, тогда сложно обвинить его в том, что он не выполнил свои функции. Мне, если честно, вообще сложно допустить, что человек халатно относится к работе: мы очень трепетно относимся к тому, чем занимаемся.
Но ответственность лежит не только на спасателях, особенно если это касается безопасности детей. Бывает, взрослый берет с собой несколько детей — одному, допустим, 11 лет, другому пять — и ответственность за младшего перекладывают на старшего. Так делать ни в коем случае нельзя: дети не могут в полной мере осознавать риски и последствия. Ребенок может просто-напросто испугаться, никому ничего не сказать и убежать — и произойдет трагедия.
Где в Казани отдыхать безопасно?
— Сапы, гидроциклы, прокат катеров без капитана — сейчас водные развлечения есть на любой вкус. Это кто-нибудь контролирует на предмет безопасности? Кто отвечает за их использование в стихийных местах, где поста нет и быть не может?
— Есть государственная инспекция по маломерным судам (ГИМС) — она ведет надзор и учет маломерных судов, наличие водительского удостоверения проверяет. Гидроциклы, гидроскутеры под это подпадают — на них права нужны обязательно. А сапы считаются инвентарем, на них прав не требуется, но требования безопасности соблюдать все равно нужно. Таких плавсредств сейчас стало заметно больше, и, скорее всего, их будет еще больше.
Если купание в стихийном месте приобретает массовый характер, то, как правило, отвечает муниципалитет. Мы со своей стороны как общественная организация стараемся хотя бы аншлаги выставить, что купаться запрещено. Но толк не всегда есть: их просто ломают и убирают. Забор в акватории на каждые 10 метров не поставишь. Поэтому мы ставку делаем на другое — на прививание культуры безопасного отдыха.
— На какой городской пляж Казани можно спокойно отправить семью? Где у нас безопасно, не считая качества воды, конечно?
— На муниципальных пляжах безопасно. Там есть спасательный пост, зоны купания, дно обследовано — нет ям, равномерный скат до 2 метров, ограждения выставлены, есть круги. На Комсомольском и Большом с 2024 года по два поста — поток людей большой, и исполнительным комитетом принято решение безопасность усилить. Риск всегда повышается в необорудованных для купания местах: неизвестно, что там под водой, может быть течение — это же все небольшие реки. Там даже некому прийти на помощь.
«При хорошей инфраструктуре и культура безопасного отдыха выше: и убирают за собой чаще, и отсеивается контингент, который может себя негативно вести, алкоголь употреблять»
— А чего казанским пляжам не хватает?
— Знаете, с чем к нам обычно люди подходят? Чтобы на пляжах пространство поблагоустроеннее, покомфортнее было. В этом плане я на их стороне. Потому что при хорошей инфраструктуре и культура безопасного отдыха выше: и убирают за собой чаще, и отсеивается контингент, который может себя негативно вести, алкоголь употреблять. А то многие приходят со своими пакетами — и так их и оставляют, стеклянные бутылки бросают: кто-то ночью погулял, разбил, а наутро другой сильно порезался. Я бы хотел добавить теневые навесы, так как перегрев на солнце очень опасен.
— Можете ли вы влиять на инфраструктурное обеспечение безопасности на водоемах?При создании или благоустройстве пляжей руководство Татарстана советуется с вами?
— Мы уже много лет активно участвуем в этом процессе, например, помогали в создании проекта реконструкции Комсомольского озера. Мы вносили в него свои предложения — целый перечень правил, чтобы все соответствовало непосредственно нормам безопасности. Когда озеро Большое Лебяжье приводили в порядок, тоже участвовали. Прорабатываются и другие пляжи, которые в ближайшее время будут благоустроены. Проекты я сам видел, ими Институт развития городов занимается, но когда реализуют — сказать не могу, это уже не ко мне вопрос. Мы надеемся, верим: у нас в городе уже есть прекрасные парки, когда-нибудь дойдет дело и до пляжей.