«Он много курил, говорил, что в тюрьме страдал от нехватки табака. Вместе с ним сидели рәтчеләр — бандиты из Ново-Татарской слободы, которые, как оказалось, были почитателями его творчества. Они доставали ему курево высшего сорта, а в моменты вдохновения приносили ему блокнот иностранного производства и перо, чтобы он мог записывать стихи», — вспоминает народный писатель РТ Рабит Батулла, рассказывая о классике татарской поэзии Хасане Туфане. 9 декабря исполнилось 125 лет со дня рождения. Батулла был лично знаком с Туфаном, у которого были сложные отношения с советской властью, и даже записал с ним интервью, которое исчезло при загадочных обстоятельствах. Размышления литератора об особом трагичном пути татарского поэта записал «БИЗНЕС Online».
Печататься Хасан Туфан начал с 1920 года. Уже через несколько лет о нем говорили и читатели, и критики, и литературная общественность
«Минтимер Шаймиев пожал мне руку и сказал: «А ведь такие вечера могут быть»
Хисбулла Фахриевич Гульзизин-Хазратов-Кусинов — таково настоящее полное имя классика татарской литературы Хасана Туфана. Первая часть фамилии — Гульзизин — происходит от женского имени. Так царские власти хотели унизить его род, так называемых отпавших — насильственно крещенных в середине XVIII века татар, которые вновь вернулись в ислам. Дескать, они недостойны носить мужскую фамилию. Как мне рассказывал односельчанин поэта, в родном ауле его никогда не называли Хасаном, только Хисбуллой — имя, нареченное муллой. С какой целью Хасан-абый изменил свое имя — я затрудняюсь ответить, он никогда об этом не говорил.
Несколько глав моей книги «Тузга язмаган хәлләр», вышедшей в 1997 году, посвящены великому поэту Туфану. Он ворвался в мир поэзии в соответствии со своим псевдонимом Туфан (всемирный потоп) с надеждой на будущее. Прошел через тюрьмы, отдав им 16 лет своей жизни. После освобождения он вновь подвергался преследованиям. Камиль Фасеев (председатель президиума Верховного совета ТАССР в 1959–1960 годы, первый замредседателя Верховного совета РСФСР в 1959–1963-х — прим. ред.) раскритиковал его стихи в партийной газете из-за того, что Хасан-абый сказал, что «Радио Татарстан» маленькое — его волны не доходят до Владивостока.
Хасан Туфан (Хәсән Туфан, настоящее имя Хисбулла Фахриевич Гульзизин-Хазратов-Кусинов, 1900–1981) — советский и татарский поэт.
Туфан родился 9 декабря 1900 года в деревне Кереметь Аксубаевского района Татарстана в семье крестьянина. Читать и писать научился у отца, а когда открылась школа в деревне, учился в ней.
Весной 1914 года братья взяли Туфана с собой на Урал, где он работал старателем на медных копях, осенью его направили учиться в уфимское медресе «Галия». Здесь он знакомится с Г. Ибрагимовым, Ш. Бабичем, С. Рамиевым, М. Гафури и С. Сунчалеем.
В 1918–1924-х Туфан работал учителем в школах Сибири и Урала, в 1924–1928 годах — в школе Казани. В 1928–1930-х Туфан совершил пешее путешествие по республикам Закавказья и Средней Азии.
Вернувшись из поездки, Туфан в 1930–1934-х работал редактором Татарского радиокомитета, потом несколько лет ответственным секретарем журнала «Советская литература» («Огни Казани»).
В 1940-м Туфан был необоснованно репрессирован и на долгие годы отлучен от жизни родного народа и родной литературы. И лишь в 1956-м, после смерти Иосифа Сталина, поэт возвращается в Казань.
Туфан начал печататься с 1924-го. А через два-три года о нем уже заговорили и читатели, и критики, и литературная общественность. Туфан одним из первых привнес в татарскую поэзию тему рабочего класса, его труда и борьбы. Уже на рубеже 20–30-х годов им созданы такие значительные произведения, как «Уральские эскизы», «Между двух эпох», «Бибиевы» и др. Эти поэмы вошли в золотой фонд татарской поэзии.
С середины 30-х годов в творчестве Туфана начинается новый период. Поэт переходит от эпоса к лирике. Многие лирические стихи стали популярными в народе песнями.
Поэзия Туфана военных и послевоенных лет обогащается глубоким философским содержанием.
В 50–60-х годах поэзия Туфана достигает новых высот. Он создает целый ряд таких произведений, которые вправе считаются жемчужинами татарской поэзии.
За сборник стихов «Избранные произведения» (1964) Туфану в 1966-м присуждена Государственная премия Татарстана им. Тукая.
Туфан умер 10 июня 1981 года в Казани.
Помню, в конце 1960-х я проводил вечер, посвященный Туфану. Тогда член татарского обкома КПСС Минтимер Шаймиев пожал мне руку и сказал: «А ведь такие вечера могут быть». В то же время в областном партийном комитете партии к Туфану относились с большим подозрением. Была там одна дама, плохо говорящая по-татарски, — она говорила: «Вы не знаете, а я знаю — он был антисоветчиком».
Кстати, все великие татарские литераторы либо не входили в партию, либо были из нее исключены. Поэты — это люди, не согласные с угнетением либо прячущие глубоко свои мысли. Но их нельзя назвать антисоветчиками. Мы же думали, что строим демократическое общество, в котором есть свобода слова, а поэты тонко чувствовали истину.
Муса Джалиль, Хасан Туфан, Габдулхай Хабиб. Дом творчества «Малеевка», 1931 год
Кредо татарского поэта — гонения, казнь…
Татарский поэт должен обладать пятью качествами: быть талантливым, пророком, философом, готовым пожертвовать собой и завершить жизнь трагически. Таково их кредо, хотя они сами не желают такой участи. Тем не менее судьба распоряжается иначе: они подвергаются гонениям, их казнят. Мусу Джалиля, Абдуллу Алиша, Хайрутдина Музая после казни сжигают в крематории, в переносном смысле «сожгли» Карима Тинчурина. Туфана, Фатхи Бурнаша, и многие другие гнили в заключении. Кул Гали погиб во время завоевания Волжской Булгарии войсками Бату в 1236 году, похоронен в районе Сорочьих Гор. Видимо, татарский поэт должен пройти этот путь.
Туфана арестовали по совершенно ложному обвинению, но он был такой не один. Так, Тинчурину вменяли «участие в деятельности националистической организации, ставящей целью свержение советской власти, вредительство на культурном фронте» и даже «шпионаж в пользу Японии». Возможно, дело было в письмах Гаяза Исхаки, но драматург на них не отвечал. В одном из писем в довольно грубой форме он упрекал друга в служении режиму. Тинчурин прочитал это своей супруге Захиде, не зная, что делать, — отдать ли его в НКВД, ведь, возможно, цензор уже просмотрел письмо и ожидал, когда драматург сам расскажет обо всем расскажет. В итоге сообщение от эмигрировавшего литератора Тинчурин передает актеру Хусаину Уразикову, и оно бесследно исчезает.
В родной аул Хасан долго не приезжал, объясняя тем, что напротив его дома росли белые березки и он боялся, что их срубили и сердце этого не выдержит
Туфана взяли за то, что был активен, талантлив, влиял на массы. И наказывали его с садизмом: Хасан-абый тепло простился с сокамерником перед расстрелом, уверенный, что они больше не увидятся, и тут раздался лязг замка и посыльный ему сообщил, что высшая мера заменяется на 10 лет лагерей. Представьте, какая драматургия: как изощренно издевались над человеком! Это же спектакль, средство запугивания.
Я в свое время брал интервью у Хасана-абыя, записал его воспоминания на две большие и одну маленькую магнитофонные катушки. Встречу организовал его односельчанин по имени Зуммер, а его брата звали Герд. Эти кассеты исчезли, когда я был в командировке. Внезапно скончался Зуммер, его брат, который жил в Бугульме, забрал все вещи покойного себе, в том числе кассеты. Позже выяснилось, что их семья работала на КГБ. Потом на радио, как мне рассказал один из работников, Герд приносил маленькую катушку. Остальные записи исчезли, в том числе те, где Туфан рассказывал о заключении. Кстати, эти эпизоды он просил опубликовать только после своей смерти.
На маленькой катушке сохранилась оценка Туфана молодых поэтов: Равиля Файзуллина, Рената Хариса, Радифа Гаташа и др. Там присутствует и субъективизм: Туфан выделяет Гарая Рахима, говоря, что из него выйдет великий поэт, критикует Хариса, с сомнением относится к Файзуллину, хотя сейчас они считаются классиками татарской поэзии.
Жена Туфана — актриса Луиза Салиаскарова — скончалась, когда поэт был в заключении
Бандиты из Ново-Татарской слободы были почитателями его творчества
Супругой Туфана была актриса театра им. Камала Луиза Салиаскарова. Когда его репрессировали, она, как жена врага народа, потеряла работу. Чтобы иметь возможность отправлять мужу передачки, она сдавала кровь. Туфан вспоминал, что одна из таких посылок с продуктами спасла его, когда он уже опух от голода и был на грани смерти. Луиза-ханум скончалась, когда Туфан был в заключении.
У них было двое детей: сын Идегей, который умер, когда Туфан находился в тюрьме, и дочь Гульгина. После освобождения Хасан-абый приехал к дочери, но они не смогли ужиться. До конца жизни он жил один, не женился. Но у него была муза — поэтесса и драматург Клара Булатова, которой он писал любовные письма. О том, были ли эти отношения платоническими или он просто хотел оставить после себя писательское наследие, а возможно, выразить свою любовь, не могу сказать. Туфана и Булатову разделяла 35-летняя разница в возрасте, да и уровень талантов у них был очень разный. Кстати, в ноябре в Альметьевск на театральном фестивале «Аваздаш» состоялась премьера спектакля «Это не я» (режиссер — Йолдыз Миннуллина). Герои этого лирического повествования — Туфан и Булатова.
Хасан-абый никогда не кричал и не говорил громко, а когда сердился, сильно замахивался рукой и аккуратно ставил ее на стол. Он много курил, говорил, что в тюрьме страдал от нехватки табака. Вместе с ним сидели рәтчеләр — бандиты из Ново-Татарской слободы, которые, как оказалось, были почитателями его творчества. Они доставали ему курево высшего сорта, а в моменты вдохновения приносили ему блокнот иностранного производства и перо, чтобы он мог записывать стихи. На вопрос, когда бросит курить, он отвечал: «Если сигарета меня не бросит, я ее не брошу». Говорил, что курение помогает ему писать стихи, находить нужные рифмы.
Помнят ли потомки Туфана? Наше поколение еще помнит его, но сейчас интерес к поэзии снизился. В былые времена на поэтические вечера собиралось много народа, поэты стояли в первых рядах литераторов. Сейчас и ситуация с родным языком дает о себе знать, и литературных критиков почти не осталось, которые раньше глубоко изучали творчество писателей.
Я называю поэзию Хасана Туфана высокой. Например, у русских к таким относятся Марина Цветаева, Анна Ахматова, Александр Блок. Среди татар к великим отношу Дэрдменда (Закир Рамеев), Сагита Рамиева и Туфана. В 1913 году Галимджан Ибрагимов выпустил книгу «Татарские писатели», в которой к образцам высшей поэзии относил Дэрдменда и Рамиева, а Тукая ставил под сомнение — был ли он поэтом? Этот вывод разворошил осиное гнездо, вызвав гнев любителей творчества Тукая. Все потому, что поэзия Дэрдменда и Рамиева — элитная и сложная для простого читателя, а стихи Тукая доступны всем — их легко понять и рабочему, и учителю, и академику. Хотя, когда я покупал книгу со стихами Рамиева, она была в разделе уцененных.
Туфана не стало 10 июня 1981 года в возрасте 80 лет, похоронили на кладбище Ново-Татарской слободы в Казани. В его родном ауле есть дом-музей. Интересно то, что Хасан-абый долго не приезжал туда, объясняя тем, что напротив дома росли белые березки и он боялся, что их срубили и сердце этого не выдержит. Однако все же он приехал и создал цикл стихов, посвященных Старой Киремети, — «Кармәт эскизлары». Он с тоской ходил по своей малой родине. Тоска стала его образом, обликом — лицо хранило печать грусти, и вся его жизнь была весьма печальной…
Рабит Батулла
Комментарии 14
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.