«За неделю выпустили кабальную оферту!»: что говорят «погорельцы» Wildberries из Татарстана

Татьяна Ким: «Это боль, которую нельзя передать словами» Фото: «БИЗНЕС Online»

Атака на крупнейшие склады Wildberries: 8 погибших и десятки пострадавших

«Ужасная ночь, ужасные события для нашей компании и для нашей страны. Это боль, которую нельзя передать словами», — такой была первая реакция главы RWB Татьяны Ким на атаку украинских БПЛА на два логистических комплекса Wildberries. Трагедия произошла в ночь на 18 июля. Под ударом оказались склады в Котовске Тамбовской области и Электростали Московской области.

В Котовске трагедия унесла жизни 7 сотрудников ночной смены, еще 25 человек получили ранения. Глава Тамбовской области Евгений Первышев сообщил сегодня, что в больницах находятся 12 пострадавших, один из них — в тяжелом состоянии. Еще 10 человек отправили на лечение в Москву. «7 погибших и 25 пострадавших — это обычные сотрудники ночной смены на складе, мужчины и женщины от 18 до 60 лет», — написал он в своем телеграм-канале. Инцидент на складе WB в Котовске Первышев назвал самой «масштабной и бесчеловечной» террористической атакой на регион. «Враг намеренно использовал в беспилотниках поражающие элементы в виде металлических шариков, которые и нанесли максимальный урон мирным жителям», — подчеркивал глава региона.

Количество пострадавших в Электростали, по последним данным, достигло 57, один из них скончался в больнице. В больницах находятся 40 пострадавших, сообщал в воскресенье помощник министра здравоохранения Алексей Кузнецов. Состояние 7 из них врачи оценивали как тяжелое. В понедельник утром силы ПВО отразили атаку на Московскую область. В связи с этим еще один склад маркетплейса в Коледино эвакуировали, затем логоцентр продолжил работу в штатном режиме.

Товары, находящиеся на затронутых пожарами складах, были сняты с продажи Фото: © Михаил Воскресенский, РИА «Новости»

Ким в день трагедии объявила о поддержке пострадавших сотрудников: семьям погибших выплатят от 2 млн рублей, работникам, находящимся в тяжелом состоянии, — 1 млн рублей. И пока в компании считали людские потери, предприниматели WB в ужасе подсчитывали убытки.

По словам основателя школы менеджеров на маркетплейсах Wildmanager Даны Малкиной, в результате ЧП пострадало достаточно много продавцов из Татарстана. «У нас в принципе много локальных селлеров, которые торгуют на ВБ, а Электросталь является одним из стратегических складов, на который все отгружаются. Электросталь — один из складов, который пропускает продукты питания и товары со сроком годности и дает возможность их хранить. Поэтому все, кто торгует продуктами питания, БАДами и всем, что связано со сроком годности, грузилось на Электросталь», — объясняет она.

Стоит подчеркнуть, что склады WB в Электростали и Котовске — крупнейшие логистические хабы маркетплейса. Площадь комплекса в Подмосковье — 250 тыс. кв. м, первую очередь ввели в эксплуатацию в 2021 году. Объем инвестиций в проект оценивался в 12,5 млрд рублей, количество рабочих мест — 12,5 тысячи. Предприниматели охотно поставляли туда товар, т. к. этот склад был дешевле по стоимости приемки и хранения товара, чем другой подмосковный склад, при этом точно так же работал на всю Россию. Склад в Тамбовской области площадью 108 тыс. кв. м «помоложе» — его открыли в 2025 году, он рассчитан на 4,5 тыс. рабочих мест. «Операционная зона комплекса оснащена современной техникой, на складе установлен автоматический трехуровневый сортировочный конвейер, производительность которого в перспективе превысит 1,4 миллиона единиц товара в сутки. При полном запуске общая вместимость склада достигнет 54 миллионов единиц товаров», — писал ТАСС.

Товары, находящиеся на затронутых пожарами складах, были сняты с продажи. Сервисы, пункты выдачи и логистические объекты Wildberries продолжили работу в штатном режиме. «Компания оперативно скорректировала бизнес-процессы и перенастроила логистические цепочки. Wildberries продолжает обеспечивать доступ к миллионам товаров в пешей доступности от дома», — заявили в телеграм-канале пресс-службы маркетплейса.

Кто-то отгрузил практически весь свой ассортимент на склад в Подмосковье и одномоментно потерял порядка 12 тыс. единиц товара Фото: «БИЗНЕС Online»

«Точную сумму ущерба еще не посчитали — более 600 тысяч рублей»

Потери у предпринимателей колоссальные. Кто-то отгрузил практически весь свой ассортимент на склад в Подмосковье и одномоментно потерял порядка 12 тыс. единиц товара, кто-то подсчитывает многомиллионные убытки и со слезами на глазах говорит о том, что на компенсацию рассчитывать не приходится: по удивительному стечению обстоятельств, буквально 7 июля обновилась оферта для продавцов: в новой версии как раз указано, что любые последствия применения БПЛА относятся к непреодолимой силе и оснований требовать компенсацию у селлеров нет. Впрочем, Ким пообещала не оставлять бизнесменов один на один с бедой.

В профильных чатах предприниматели также меряются убытками: у кого-то сгорело товара на 2 млн рублей, у кого-то — на 11 миллионов. У части продавцов на сайте WB пропала информация о продукции, отгруженной на сгоревшие склады, поэтому посмотреть остатки невозможно. Некоторым пользователям в личных кабинетах сообщают, что товар «еще едет» в логоцентр. Большой паники среди селлеров нет, но есть опасения насчет того, стоит ли перенаправлять товар в другие распределительные центры. Есть и те, кто уже смотрит в сторону выхода с маркетплейсов и самостоятельного развития. «Мы похоже наблюдаем закат ВБ. Выводить надо свой товар. Компенсировать все равно ничего не будут» (орфография и пунктуация автора сохранены — прим. ред.), — пишет в одном из чатов пользователь с ником DB Nash. Среди альтернатив рассматриваются Avito и открытие собственных интернет-магазинов. Правда, со скепсисом рассуждают их коллеги, получится ли открыть свой сайт в эпоху отключения интернета и «белых списков»…

«Наши товары были на складе в Электростали, примерно 1,1–1,2 тысячи штук, это больше половины всего имеющегося товара. Точную сумму ущерба еще не посчитали — более 600 тысяч рублей», — рассказывает нашему изданию основательница бренда Rumsa Анастасия Копанева. С 2023 года она отшивает в Альметьевске женскую одежду. В основном ассортимент состоит из футболок, топов, лонгсливов и свитшотов. «Мы обычно делаем отгрузки еженедельно, объем зависит от сезона. Сейчас, например, летний сезон у нас достаточно активный, мы стараемся 400–500 штук в неделю отгружать», — делится она.

«Это не первый пожар, который мы застаем на маркетплейсах (в 2024 году у Wildberries горел склад под Санкт-Петербургом — прим. ред.), поэтому изначально не было понятно, насколько это объемно. Раньше склады горели, но все равно часть товаров оставалась уцелевшей. Поэтому сначала не было никакого такого большого страха, очередной форс-мажор. А потом уже, когда стало понятно, что все там полностью сгорит, стали смотреть по количеству. Ну мягко говоря, неприятно, конечно», — вспоминает Копанева. По словам девушки, никто из представителей компании не связывался с ней, а всю информацию о происходящем она черпала из телеграм-канала Ким и RWB. Ее товар не был застрахован, поэтому на возмещение стоимости продукции претендовать не приходится. Ясности, как Wildberries будет помогать компенсациями, тоже ни у кого нет, как и понимания, насколько долго затянется эта процедура. «Когда Шушары горели, у нас там немного товара было, поэтому я уже сейчас точно не помню, полную ли сумму компенсировали, — вроде нормальная выплата была. Когда на Ozon склад сгорел, там нормально тоже компенсации были, но тоже все это было как бы растянуто на несколько платежей в течение года», — вспоминает спикер. Впрочем, вместо поддержки маркетплейс мог бы пересмотреть свои условия по сотрудничеству, считает наша собеседница.

«С 7 июля еще подняли комиссию на 10 процентов. Уведомили об этом всех за неделю. 10 процентов — это очень много. То есть, чтобы зарабатывать в рублях (не в процентах) ту же сумму, цену условной футболки нужно поднять примерно на 20–25 процентов. Потому что расходы маркетплейса с учетом новой комиссии уже будут составлять 70 процентов от стоимости товара. Поэтому в текущей ситуации работать практически нереально», — добавляет она. Сейчас Rumsa планирует несколько снизить объемы производства, отгружать мелкие партии на разные склады маркетплейса и хранить товар на собственном предприятии. «Мы вообще планируем площадку покидать, но это было связано не с пожаром, а с комиссиями. Мы уже занялись своим сайтом, хотим попробовать там продавать», — поделилась она.

«Как бы сложно нам там ни было, это один из основных каналов продаж. Покупатель привык там покупать, потребительская модель сформирована» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Они просто скрывают количество товара, который сгорел»

Предпринимательница из Казани Альфия Саразева занимается пошивом корпоративной одежды ALFIN, в основном для ресторанов и отелей. Продавать свои изделия на маркетплейсах она начала после пандемии. По словам девушки, на складах в Электростали и Котовске было 593 единицы ее товара, ущерб она оценивает примерно в миллион рублей.

О случившемся предпринимательница узнала из соцсетей. Масштаб потерь пришлось считать самим. Когда селлер начала снимать остатки, в личном кабинете не оказалось информации ни по Электростали, ни по Котовску. «Цифру 593 товара мы взяли из УПД по „Честному знаку“, так как весь наш товар маркируется. Понимаете, насколько они сейчас нечестно поступают? Они просто скрывают количество товара, который сгорел, — говорит она. По ее словам, другие продавцы столкнулись с тем же: — Они прямо в моменте начали скачивать свои остатки на складах, и у них на глазах эти остатки исчезали». У нее есть ощущение, что площадка «пытается замести следы»: скрывает от бизнесменов данные о сожженном товаре, чтобы избежать волны слезных рилсов.

По словам Саразевой, она связывалась с компанией через специалистов программы продвижения продавцов, там ответили, что официальной информации пока нет, а дальнейшие инструкции для них появятся в личном кабинете. «Никакой официальной информации нет. Ну как это? Ким сказала, что они разрабатывают какие-то меры поддержки. Я слышала, что это будет льготный кредит, но разве это меры поддержки? Разве это сопоставимо? Нет. Потом, они делают скидку 40–50 процентов на комиссию — разве это сопоставимо? Когда случается такой зихер, нужно возмещать ущерб, сопоставимый с потерями. И через сколько это все будет? Я помню, когда горели Шушары, все возвращалось в течение полугода. У меня там сгорело, по-моему, на тысяч 200–300 товара. Да, нам вернули, но делали это частями. Здесь сумма кратно больше, как они это будут возвращать, непонятно. Верю ли я, что вернут? Верю, но не полностью. Если вернут процентов 30 — уже хорошо», — делится предпринимательница.

У негатива продавцов, по ее словам, есть накопленная предыстория. «Они себя вели очень долго непартнерски: бесконечное поднятие комиссий, потребительский терроризм, с которым они вроде борются, но так неэффективно. И они еще выпустили эту оферту по БПЛА за неделю до атаки, а ты не можешь с ней не согласиться. Подписываешь эту кабальную оферту, потом все это происходит, и они ни в чем не виноваты, мы опять во всем виноваты, что наш товар сгорел. Но при этом мы платим за хранение, за логистику и за все на свете. И когда это произошло, селлеры и так уже были на них злы, а это еще сильнее обозлило. Те меры, которые они предлагают, несопоставимы, и знаете, они даже выглядят как издевка». Чтобы сейчас хоть как-то зарабатывать на площадке, бизнесу приходится накидывать на себестоимость 50%, утверждает предпринимательница.

Но при этом уходить с площадки она не планирует: «Как бы сложно нам там ни было, это один из основных каналов продаж. Покупатель привык там покупать, потребительская модель сформирована. Приучить его заново покупать в другом месте — это время и опять убытки». Альтернатив она не видит — на Ozon, по ее словам, много китайских продавцов, которые, в отличие от российских производителей, могут не маркировать товар.

«Они еще выпустили эту оферту по БПЛА за неделю до атаки, а ты не можешь с ней не согласиться. Подписываешь эту кабальную оферту, потом все это происходит, и они ни в чем не виноваты, мы опять во всем виноваты, что наш товар сгорел» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Средства на зарплату и производство есть — оборотка у нас всегда была. Мы уже такие пуганые, знаем, что нельзя рассчитывать на то, что сегодня упадут деньги и тогда запустим работу, — говорит предпринимательница. — Но все равно это минус миллион из оборотки. Товар произвели, отгрузили, ждали профита, а теперь его не будет. Конечно, больно. Хотя слово „больно“ не самое подходящее для описания наших чувств, это еще мягко сказано. Есть разочарование, руки опускаются в очередной раз. Потому что весь 2026 год — это какая-то схватка с каким-то невидимым врагом».

Все это обрушилось на предпринимательницу в и без того тяжелый год. «Арендодатель попросила нас съехать, и мы срочно искали, куда перевезти производство. Сюда же — топливный кризис, налоговая реформа. Каждый месяц какое-то чрезвычайное событие, которое бьет по бизнесу». В марте она стала мамой. «Быть мамой с маленьким ребенком и одновременно предпринимателем, который разруливает такое, — это эмоционально очень сложно», — признается она.

При всем этом на ситуацию Саразева старается смотреть с оптимизмом. Свой бизнес она строит не на перепродаже, а на собственном производстве и уверена, что именно такая модель должна пережить кризис. «Сейчас выживут самые сильные — те, кто быстро адаптируется, кто может пересобраться. Главная задача не кратный рост, не успешный успех. Просто выстоять. И я убеждена: тем, кто выстоит в 2026-м, дальше будет легче», — считает девушка.

Ущерб от атаки оценивается в 50 млрд рублей, а селлерам помогают отсрочками по кредитам

Какой урон нанесен Wildberries? В результате трагедии пострадало 7% от совокупных логистических мощностей компании, подсчитали в инвестиционной компании «Риком-Траст». В суммах эта цифра выглядит более впечатляюще: по разным оценкам экспертов по коммерческой недвижимости, ущерб от атаки на склады может достигать 50 млрд рублей. Управляющий партнер Umbrella Consulting Group Кирилл Агапов в беседе с «Коммерсантом» заявил, что весь ущерб от пожаров на складах RWB может составить не менее 100 млрд рублей и основная часть этой суммы — уничтоженные товары селлеров. На восстановление комплексов может потребоваться от 20 млрд до 35,8 млрд рублей. В пресс-службе RWB рассуждения экспертов не комментируют и ссылаются на официальные телеграм-каналы Ким и пресс-службы маркетплейса.

Среди более весомых мер поддержки, обещанных предпринимателям Ким:

• Отсрочка погашения долга до 6 месяцев для малого и среднего бизнеса. Для крупного подобный сервис обещали запустить в ближайшее время.
• Условия факторинга и льготные кредиты для восполнения утерянных товарных запасов.
• Отмена всех комиссий за платежи внутри России и начисление процентов на остатки по повышенной ставке.
• Льготные условия по ускоренному выводу выручки с площадки, в том числе за счет предоставления лимитов овердрафта.

Оценка ущерба займет 30 дней. «Несмотря на чрезвычайную ситуацию и отсутствие обязанности компенсировать утраченный товар, мы уже прорабатываем объемы выплат продавцам и другие меры финансовой поддержки», — обращается в сообщении в телеграм-канале Ким. Сейчас Wildberries ввел оперативные меры поддержки — с 19 июля действуют скидки на хранение на ряде складов на ближайшие 45 дней со дня поставки и 100-процентная скидка на транзитные поставки в региональные склады. Поставки из Котовска и Электростали можно перенаправлять на другие РЦ без штрафов, однако действие щедрого предложения ограничено — до 26 июля включительно.

Малкина подчеркивает, что основная часть селлеров приняла решение отгружать небольшие партии на склады-«заменители», но пока меры поддержки недостаточны, чтобы покрыть убытки. «Есть селлеры, потерявшие огромные суммы денег. Оферта от 7 июля показала, что у ВБ при утрате товара по обстоятельствам непреодолимой силы выплата компенсаций не предусмотрена, — констатирует она. — Юристы в наших полях говорят, что если товар был привезен до 7 июля, то можно побороться. Ждем первых оспариваний».