Сегодня мусульманский мир празднует Ураза-байрам — праздник окончания священного месяца Рамадан. По такому поводу «БИЗНЕС Online» решил изучить, как халяльная отрасль помогает развивать экономику Татарстана, сколько республика зарабатывает на экспорте, кто из исламских стран «ждет нашу курицу» и кто главные лица индустрии. При этом участники рынка обращают внимание и на недочеты существующей стратегии развития отрасли: в частности, речь идет о ЦБ, для которого исламская ипотека до сих пор не стала социально значимой. Подробнее о том, в какую копилку падает мусульманский рубль и как ее приумножить, — в нашем материале.
В конце 2025 года в РТ была создана рабочая группа по развитию халяль-индустрии. Ее задача — продвигать татарстанскую халяль-продукцию и услуги как на внутреннем, так и на международных рынках
«Есть острая потребность в создании единой системы стандартов халяль в России»
Татарстан почти три года находится в экспериментальной зоне по апробации исламского банкинга. Тогда, в 2023-м, редакция «БИЗНЕС Online» уже рассказывала о том, возможно ли вести в регионе полноценный халяльный образ жизни (halal lifestyle) и какая инфраструктура для этого создана — от родов по нормам ислама до нехарамного туризма. Следующий важный «этап зрелости» — превращение халяль в дополнительный драйвер экономического развития республики.
Именно с этой целью в конце 2025 года в РТ была создана рабочая группа по развитию халяль-индустрии. Ее задача — продвигать татарстанскую халяль-продукцию и услуги как на внутреннем, так и на международных рынках. Члены комитета во главе с вице-премьером Татарстана Василем Шайхразиевым займутся разработкой комплекса мер по созданию благоприятных условий для отрасли, формированием единой системы стандартизации и сертификации халяльной продукции с учетом международных требований, а также подготовкой мер господдержки профильных предприятий.
Пока республика экспортирует преимущественно продукты питания — мясо, молочную продукцию, изделия глубокой переработки зерна, кондитерские товары. Однако халяль — это не только еда. Речь идет также о сфере гостеприимства, исламском банкинге, строительстве, логистике, производстве косметики и фармацевтике. В ряде этих направлений РТ уже делает заметные шаги. Эксперты уверены: Татарстану необходимо стремиться к лидерству в халяль-индустрии России.
«В условиях глобальной перестройки рынков, выхода на страны Азии (Индонезия, Бангладеш), расширения связей с африканскими государствами (Египет, Марокко) и регионом Персидского залива стратегия развития халяль-индустрии может быть очень актуальной, — отмечает первый зампредседателя ТПП РТ Артур Николаев. — Учитывая то, что в мире много исламских стран, соблюдение принципов халяль может стать дополнительной звездочкой в продвижении продукции, которая выпускается в РТ».
При этом возникает и определенная дилемма, которая, впрочем, может сыграть на руку республике. Прошлый год стал прорывным для РТ в части получения международных халяль-сертификатов, что открыло доступ к большинству рынков исламского мира. Однако в России по-прежнему отсутствует единый регламент сертификации халяль. Сегодня в стране действует 13 сертифицирующих органов, их требования нередко расходятся. В результате сертификат, выданный, например, московским центром, может вызывать сомнения в Татарстане — и наоборот. Производителям приходится проходить повторные проверки и нести дополнительные расходы. «Есть острая потребность в создании единой системы стандартов халяль в России», — подчеркивал на пресс-конференции глава комитета по стандарту «Халяль» ДУМ республики Аббяс Шляпошников.
Как упорядочить работу сертифицирующих органов на внутреннем рынке? Идея создания единого центра сертификации (по крайней мере, в сфере продуктов питания), который мог бы базироваться в Казани, наверняка встретит «очень большое противодействие» со стороны духовных управлений мусульман других регионов. «Не секрет, что порой главы ДУМ не могут договориться даже по базовым вопросам», — отмечает один из собеседников.
«Наличие маркировки «Халяль» дает потребителю сигнал, что продукция более чистая»
Директор российского центра исламской экономики и финансов на базе Российского исламского института (РИУ) Рустам Нургалеев указывает на еще одну проблему — богословские разногласия. «В халяль-индустрии существуют принципиальные точки расхождения, причем даже на международном уровне. Например, метод убоя животных — механический или ручной. Механический способ экономически выгоднее, однако, согласно ряду фетв, в частности в ханафитском мазхабе, он не соответствует критериям халяль», — поясняет доктор исламских наук.
В этой ситуации эксперты предлагают сосредоточиться не на объединении сертифицирующих органов, а на разработке единого перечня стандартов. Такой свод норм, согласованный с учетом богословских позиций и закрепленный на уровне Росстандарта, мог бы стать основой для всей отрасли. И именно Татарстан, собрав за одним столом представителей мусульманских организаций из разных регионов, способен взять на себя роль инициатора и координатора этого процесса и тем самым укрепить свои позиции как центра развития халяль-индустрии в России, говорят эксперты.
С 2022 года в Казани работает первый в России офис партнерского финансирования Сбера
AAOIFI — это «мягкая политика чаепития» Минниханова
В пилотный проект по исламскому банкингу (эксперимент продлили до 2028-го) вошли четыре региона: Татарстан, Башкортостан, Дагестан и Чечня. Любая компания — банк или иная финансовая организация — может войти в реестр участников при соблюдении требований к партнерскому финансированию и под контролем ЦБ и Росфинмониторинга. За три года эксперимента количество участников рынка достигло 37 организаций, 25 из которых успешно работают в РТ. Среди них — ведущие российские и республиканские банки, фонды, лизинговые и некредитные финансовые организации, отмечают в минэкономики Татарстана. С 2022 года в Казани работает первый в России офис партнерского финансирования Сбера, крупнейший банк РТ Ак Барс Банк также открыл «исламское окно» с отдельной зоной для обслуживания клиентов. Всего внедрено более 35 новых финансовых продуктов для населения и бизнеса (дебетовая карта, инвестиционный фонд, льготное финансирование субъектов МСП, исламская ипотека, расчетный счет, мобильное приложение «Сахих Инвест» с перечнем халяль-акций и пр.). Как отмечают эксперты, эти инструменты больше рассчитаны для бизнеса, а для простого потребителя нужен депозитный счет, чтобы деньги не лежали «под подушкой», а были в обороте и помогали развитию халяль-индустрии.
«Простого человека в России больше, чем бизнесменов. И простой мусульманин ждет, когда для него что-то создадут. Депозиты харамны, халяльная ипотека рыночная, а не субсидированная. Нужно создать такие условия и требования перед регулятором, чтобы он рассматривал исламскую ипотеку как столь же потенциально социально значимую, как и классическую, — говорит Нургалеев. — Не буду пока оценивать текущие результаты, но это один из ключевых проектов, который в случае успеха может дать мощный импульс развитию не только Татарстана, но и всей России».
В декабре прошлого года в Казани при участии раиса РТ Рустама Минниханова открылся первый филиал AAOIFI в России и СНГ — одного из ключевых мировых регуляторов в сфере исламских финансов, разрабатывающего стандарты бухгалтерского учета, аудита и шариатского соответствия, объединяющего более 45 стран. Как отметили в региональном минэкономики, центр развивает исламские финансы по четырем ключевым направлениям. Во-первых, он занимается адаптацией и внедрением международных стандартов, включая гармонизацию с AAOIFI, чтобы создать прозрачную и признанную систему регулирования. Во-вторых, формирует кадровую базу через образовательные программы и подготовку специалистов, в том числе для стран СНГ. В-третьих, выступает площадкой для взаимодействия государства, банков и международных институтов, помогая снижать регуляторные барьеры и развивать отрасль. В-четвертых, расширяет международное сотрудничество — с глобальными организациями и странами СНГ, чтобы запускать совместные проекты и интегрировать Россию в мировую систему исламских финансов.
«Нужно создать такие условия и требования перед регулятором, чтобы он рассматривал исламскую ипотеку как столь же потенциально социально значимую, как и классическую»
Это серьезный козырь Татарстана в развитии халяльного финансового сектора, подчеркивают собеседники «БИЗНЕС Online». В то же время потенциал AAOIFI в стране пока раскрыт не полностью.
«Безусловно, само присутствие AAOIFI в Татарстане и России — большой плюс, однако пока структура работает не на полную катушку, поскольку в других регионах страны о ней знают единицы», — отмечает руководитель партнерского канала по рассрочке девелоперской компании «Унистрой» Рустам Шафигуллин.
По данным компании Kept (ранее — KPMG), потенциальный объем спроса на исламское финансирование в РФ составляет 850 млрд рублей. Согласно сведениям Mordor Intelligence, общемировые активы индустрии достигли $5,5 трлн по итогам 2025-го. К 2030 году ожидается увеличение объема активов до $9,3 трлн, при этом среднегодовые темпы роста прогнозируются на уровне 11,3%.
«Говоря о привлечении иностранных инвестиций через инструменты партнерского финансирования, следует понимать, что данное направление в стране на этапе становления и это является одной из важнейших задач эксперимента, — отмечают в минэкономики РТ. — В целях создания условий для привлечения инвестиций при активной работе участников из Татарстана впервые в стране состоялся выпуск ЦФА на принципах партнерского финансирования, заключена первая межрегиональная финансовая сделка на принципах партнерского финансирования, разработаны новые продукты на базе ЦФА: „Кард-хасан — развитие экспорта“, „Исламский факторинг“, „Исламский брокерский счет“, „Исламский индивидуальный инвестиционный счет“, „Сукук мудараба“, на завершающей стадии находится пилотная сделка по финансированию строительства инфраструктурного объекта через выпуск облигации сукук, ведется системная работа по созданию механизмов и инструментов для исламского финтеха, а также по подготовке соответствующей международной инвестиционной платформы».
Собеседники издания подчеркивают, что продвижение халяль-повестки в Татарстане во многом связано с политической волей регионального руководства. В первую очередь речь идет о Рустаме Минниханове и Мидхате Шагиахметове
В настоящее время, отмечают в ведомстве, сформирован целевой пул пилотных инвестиционных проектов, ориентированных на привлечение капитала из стран Организации исламского сотрудничества (ОИС): агропромышленный кластер (инвестиционные предложения по развитию халяль-индустрии и экспорту продовольствия), промышленные проекты, промышленные и логистические хабы, инфраструктурные проекты.
Параллельно ведется работа по стандартизации продуктов партнерского финансирования. Этим занимается комитет по стандартам партнерского финансирования при ассоциации банков России под руководством главы комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолия Аксакова. Основная задача — сформировать универсальные финансовые продукты, понятные и применимые для всех участников рынка. Татарстан в этом органе представляют вице-премьер РТ – министр экономики республики Мидхат Шагиахметов, гендиректор финансовой компании «ФД Амаль» Рустам Сагдеев и первый зампредседателя правления ПАО «Ак Барс» Банк Тагир Каримов.
Собеседники издания подчеркивают, что продвижение халяль-повестки в Татарстане во многом связано с политической волей регионального руководства. В первую очередь речь идет о раисе РТ Минниханове и министре экономики Шагиахметове. По словам источников, на этапе запуска закона №417-ФЗ (федеральный закон «О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для осуществления деятельности по партнерскому финансированию в отдельных субъектах Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») они обошли каждый кабинет в Госдуме, чтобы получить положительное заключение. «Что скрывать, AAOIFI — это „мягкая политика чаепития“ Рустама Нургалиевича, который добился открытия филиала в Казани после личного общения с королем Бахрейна», — говорит один из собеседников.
Не менее важным инструментом продвижения республики остаются и международные исламские мероприятия (международный экономический форум «Россия – исламский мир: KazanForum», заседания группы стратегического видения «Россия – исламский мир», завоевание статуса «Казань — культурная столица исламского мира» и пр.), проводимые в Татарстане. «Посмотрите, как вырос KazanForum: начинался как региональная инициатива, а сегодня уже несколько лет имеет федеральный статус. Это показатель того, насколько республика продвинулась вперед», — подчеркивает Сагдеев.
Не менее важным инструментом продвижения республики остаются и международные исламские мероприятия (международный экономический форум «Россия – исламский мир: KazanForum» и пр.
Халяльный экспорт не экзотика
Халяльный экспорт для России — это уже «не экзотика и не локальный сюжет», а полноценное направление масштабирования бизнеса и региональных экономик, отмечают эксперты «БИЗНЕС Online».
«Потенциал здесь большой: спрос есть, качество продукции высокое, инфраструктура поддержки постепенно усиливается. И чем быстрее предприниматели начнут воспринимать экспорт не как риск, а как естественный путь развития, тем увереннее российская и татарстанская халяльная продукция будет занимать позиции на внешних рынках», — отметил в разговоре с корреспондентом издания вице-президент ассоциации экспортеров и импортеров России, управляющий партнер ЮК «Лекс Альянс» Артур Леер.
По итогам 2025 года объем экспорта халяльной продукции из Татарстана составил $45 млн (более 3,6 млрд рублей) при общем объеме экспорта $512,9 миллиона. Пока это относительно скромные цифры, однако динамика есть: в 2024-м цифры были в 3 раза меньше — $14 млн, годом ранее — $11,5 миллиона. В 2026-м, по данным РБК, минсельхоз РТ рассчитывает увеличить этот показатель до $50 миллионов.
По итогам 2025 года объем экспорта халяльной продукции из Татарстана составил $45 млн (более 3,6 млрд рублей) при общем объеме экспорта $512,9 миллиона
Сегодня в республике действует порядка 20 предприятий, работающих по стандартам «Халяль» и ориентированных на экспорт. Часть из них уже получила международную сертификацию. Основу поставок составляют мясная и молочная продукция, продукты глубокой переработки зерна, а также кондитерские изделия. В числе перспективных направлений — экспорт натуральных лимонадов и соков. Кроме того, Татарстан рассматривает возможности выхода на рынки стран Персидского залива. В частности, речь идет о поставках мяса птицы в ОАЭ и Саудовскую Аравию, сообщил на пресс-конференции, посвященной деятельности комитета по стандарту «Халяль» ДУМ РТ, Шляпошников.
В целом по России ключевой экспортной позицией в сегменте халяль остается мясо птицы — по данным РБК, его поставки в 2025 году выросли на 15%. Также на внешние рынки активно экспортируются индейка, готовая мясная продукция, говядина, баранина и шоколадные кондитерские изделия.
Что касается импорта, то здесь, по словам Леера, корректнее говорить о конкретных товарных категориях и цепочках поставок. «Интерес к халяльному сегменту носит двусторонний характер — и это подтверждает, что рынок давно перестал быть нишевым. Сегодня это полноценное международное направление торговли, где важны стандарты, доверие, качество и системная работа с партнерами», — подчеркивает он. В качестве примера можно привести поставки из Малайзии в Татарстан: в регион завозят экстракт черного имбиря, кофе, пищевые добавки и специи, имеющие национальные халяль-сертификаты. Всего в мире насчитывается 493 сертифицирующих органа, и с большинством из них комитет по стандарту «Халяль» ДУМ РТ поддерживает рабочие контакты.
Не просто найти покупателя, а выбрать правильную модель выхода на рынок
Выход с халяльной продукцией на зарубежные рынки — это далеко не история об одном сертификате и быстром старте. Как подчеркивают эксперты, процесс гораздо сложнее и всегда зависит от конкретной страны назначения. В одних юрисдикциях потребуются дополнительные сертификаты, в других — на первый план выходят требования к логистике, условиям транспортировки, трансграничным платежам или перечню разрешительной документации. Иногда ключевым фактором становятся даже детали упаковки. Показательный пример привел основатель компании «ЭМИЗ», производящей безалкогольные напитки, Раил Фазулзянов.
«В разных странах все по-разному: где-то может не устроить форма бутылки — тогда нужно договариваться. Где-то меняешь упаковку, где-то убеждаешь партнера, а где-то на это вообще не обращают внимания. Например, в Саудовской Аравии сейчас заметно влияние европейских потребительских привычек», — отметил он.
География поставок татарстанской халяльной продукции уже сформировалась. Основные рынки — страны Персидского залива и государства Евразийского экономического союза: Беларусь, Казахстан, Армения, Киргизия. Перспективными направлениями остаются страны Юго-Восточной Азии (в частности, Малайзия, с которой уже ведется работа) и Африки. Об этом на круглом столе «БИЗНЕС Online», посвященном халяль-индустрии, рассказал гендиректор международного центра по стандартизации и сертификации «Халяль» при ДУМ РФ Айдар Газизов. Кроме того, в 2025 году были достигнуты важные договоренности о взаимном признании сертификации с южноафриканским органом SANHA (ЮАР), а также подписан меморандум с министром сельского хозяйства Нигерии — страны, входящей в число крупнейших мусульманских рынков мира.
Раил Фазулзянов: «В разных странах все по-разному: где-то может не устроить форма бутылки — тогда нужно договариваться. Где-то меняешь упаковку, где-то убеждаешь партнера, а где-то на это вообще не обращают внимания»
«На сегодня по большому счету нет ни одной страны исламского мира, куда российские предприятия не могли бы отгружать халяль-продукцию через орган сертификации, который имеет аккредитацию во многих государствах», — добавил спикер. Список стран планируется расширять. В частности, Татарстаном ведутся переговоры с Оманом, Малайзией, Иорданией и Бахрейном. Причем выдаваемые нашей республикой свидетельства соответствия стандарту «Халяль» действуют фактически во всех вышеперечисленных государствах. Однако даже при наличии международных договоренностей успех экспорта во многом зависит от того, насколько грамотно выстроена вся цепочка поставок. Ключевой фактор — готовность производителя заранее адаптировать производство и документацию под требования конкретного рынка.
Базовая логика здесь проста: для устойчивого экспорта недостаточно просто создать качественный продукт — необходимо выстроить вокруг него всю инфраструктуру. Поэтому для бизнеса принципиально важен не только поиск покупателя, но и выбор модели выхода на рынок. Эксперты сходятся во мнении: первым шагом должна стать четкая экспортная стратегия — с пониманием, в какой регион идти, с каким продуктом, в каком ценовом сегменте и с какой логистической моделью, сходятся во мнении спикеры.
Следующий этап — практический выбор: создавать собственный торговый дом за рубежом или работать через дистрибьютора. На старте чаще всего более рациональным оказывается второй вариант — локальный партнер помогает быстрее встроиться в рынок, решить юридические вопросы и наладить сбыт. Но без личного присутствия экспорт, как правило, не работает. Необходимо регулярно бывать в целевых странах, изучать рынок на месте, участвовать в выставках и бизнес-миссиях, выстраивать прямые контакты с партнерами. Особенно это важно для халяльной продукции, где ключевую роль играют доверие и подтвержденная репутация. Экспорт в таких сегментах редко делается «из кабинета».
А «таможня дает добро»? Что касается административных и таможенных процедур, то, по словам экспертов, говорить о непреодолимых барьерах не приходится. Скорее речь идет о специфике отдельных рынков: где-то требуется корректировка регламентов, где-то — снижение пошлин на межгосударственном уровне, где-то — упрощение процедур. И это рабочие вопросы, а не «тупиковая ситуация».
«Здесь вопрос не столько в наличии барьеров, сколько в необходимости аккуратно и профессионально проходить все этапы взаимодействия с конкретной страной и при необходимости опираться на межправительственные механизмы», — резюмирует Леер.
Что касается административных и таможенных процедур, то, по словам экспертов, говорить о непреодолимых барьерах не приходится
Создать в Татарстане единый экспортный центр?
Отдельным фактором роста экспорта, по мнению экспертов «БИЗНЕС Online», остается уровень информированности предпринимателей. На практике многие компании просто не до конца понимают, какие меры поддержки доступны, какие рынки открыты и какими маршрутами можно выходить за рубеж. При этом инструментарий уже достаточно широкий: работают федеральные институты развития, региональные структуры, центры поддержки экспорта, действуют программы продвижения продукции и механизмы компенсации части затрат на внешние поставки.
«Многие предприниматели недооценивают конкурентоспособность своей продукции и не верят, что могут выйти на зарубежный рынок, — говорит вице-президент ассоциации экспортеров и импортеров РФ. — Спрос на качественную халяльную продукцию высокий, а российская продукция воспринимается как качественная и востребованная. И здесь Татарстан выглядит сильнее многих: в регионе уже выстроена серьезная системная поддержка, есть последовательная работа с предпринимателями — и это создает правильную среду».
Звучат и вполне прикладные предложения по наращиванию экспорта. Так, владелец КФХ «Рамаевское» Фарид Хайрутдинов выступает за кооперацию и централизацию усилий. «В Узбекистане, например, можно открыть большой магазин типа „Бахетле“ и назвать его „Казань“, чтобы все видели, что это халяльная казанская продукция — наша гордость. У нас есть такие лидеры, как Муслима Хабриевна Латыпова — человек-легенда. Если ей поручить [экспорт продукции], она с такой задачей отлично справится. Только вопрос: надо ли ей это?»
Отдельный акцент он делает на объединении ресурсов бизнеса и государства. Речь идет, в частности, о совместном финансировании логистики и сопутствующих расходов. «Если у предпринимателя не хватает средств на транспортировку, он мог бы покрывать лишь часть затрат, а остальное компенсировалось бы при поддержке государства. Без такой поддержки масштабировать экспорт крайне сложно», — рассуждает Хайрутдинов.
Владелец КФХ «Рамаевское» Фарид Хайрутдинов выступает за кооперацию и централизацию усилий: «В Узбекистане, например, можно открыть большой магазин типа «Бахетле» и назвать его «Казань», чтобы все видели, что это халяльная казанская продукция — наша гордость»
Еще одна идея, которую обсуждают эксперты, — создание в РТ единого экспортного центра для халяльной продукции. Такой центр мог бы стать точкой входа для производителей со всей России, заинтересованных в выходе на зарубежные рынки. «Не каждый бизнес обладает компетенциями для работы на международном уровне, — отмечает Сагдеев. — Если Татарстан сможет (а я в этом уверен) создать мостик, который поможет компаниям экспортировать продукцию, у производителей из других регионов появится заинтересованность воспользоваться этим мостиком».
В качестве возможного оператора такого центра называют агентство инвестиционного развития республики, уже имеющее опыт работы с международными инвестиционными и экономическими проектами. Впрочем, не все участники рынка разделяют этот подход. Часть экспертов скептически относится к идее создания единого центра, указывая на риски конфликта интересов. По их мнению, попытка централизовать экспортную инфраструктуру может встретить сопротивление со стороны региональных религиозных структур. «Не секрет, что некоторые муфтии из разных регионов не ладят между собой. Так что вряд ли им понравится, если подобный центр будет не в их угодьях», — предположил собеседник газеты.
Тем не менее общий вывод экспертов остается позитивным: экспортный потенциал халяльной продукции из России действительно высок, страна способна занять заметную долю на глобальном рынке. Особенно ярко в этом вопросе выделяется Татарстан, еще раз подчеркнул в разговоре с нашим корреспондентом вице-президент ассоциации экспортеров и импортеров РФ.
Еще одна идея, которую обсуждают эксперты, — создание в Татарстане единого экспортного центра для халяльной продукции. Такой центр мог бы стать точкой входа для производителей со всей России, заинтересованных в выходе на зарубежные рынки
Может ли Татарстан объединить экономическую прагматику с интеллектуальной амбицией?
Вслед за статусом одного из флагманов в халяль-индустрии в России, перед республикой встает более амбициозный вопрос: может ли Татарстан конвертировать это лидерство в сферу духовного и интеллектуального влияния? Экономический успех халяль-сектора в РТ во многом объясняется институциональной зрелостью: поддержка со стороны властей, кооперация бизнеса и религиозных организаций, а также ориентация на международные рынки. Но духовное лидерство — категория куда менее измеримая и гораздо более сложная.
Вместе с тем эксперты указывают на ключевое ограничение: духовное влияние не может быть «администрировано» так же, как экономические проекты. Оно формируется через доверие, интеллектуальный вклад и способность предлагать ответы на актуальные вызовы. Это требует сильных исследовательских центров, международных научных связей, публикационной активности. Пока республика делает первые шаги в этом направлении, но конкуренция на глобальном уровне крайне высока: ведущие исламские университеты и исследовательские хабы расположены на Ближнем Востоке, в Юго-Восточной Азии и Европе.
Цитаделью идеологического суверенитета России в исламской сфере должна была стать Болгарская исламская академия (БИА). Задуманная как центр подготовки нового поколения богословов, она призвана не просто воспроизводить кадры, а формировать интеллектуальную элиту мусульман России — самостоятельную, авторитетную и способную говорить с миром на равных. Пока, однако, данный потенциал реализован лишь частично. С этим согласился и верховный муфтий России Талгат Таджуддин, сказав в интервью нашей газете, что для смыслового наполнения учебного заведения нужно время. Он и был идеологом создания БИА и выступал за то, чтобы при академии был всероссийский совет улемов (знатоки исламской теории и практики), уполномоченный выносить фетвы для всех мусульман страны.
Цитаделью идеологического суверенитета России в исламской сфере должна была стать Болгарская исламская академия (БИА)
Директор российского центра исламской экономики и финансов вспоминает, как в свое время он формировал уставные документы организации под рабочим названием «Всероссийский совет улемов при Болгарский исламской академии». Был создан концепт, разработан принцип работы, но что-то пошло не так. «Мысль правильная, но ее почему-то не удалось воплотить, — рассказывает Нургалеев. — У нас должна быть максимально нейтральная сторона, комфортно объединяющая всех мусульман. Наверное, такая сторона пока не состоялась. Например, вопрос начала поста месяца Рамадан по-разному трактовался. Надо ли мусульманам по ключевым вопросам иметь единое мнение? Да, конечно. Нужен для этого богословский орган? Да».
Объединить сильных теологов, даже если они проживают в другом регионе, сложно, но можно. Необходима лишь политическая воля, а не только лозунг «Это нужно для развития ислама». «Есть удачный проект по объединению богословской мысли — совет по исламскому образованию, который объединяет практически все средние и высшие исламские учебные заведения России. Председателем является Рафик Мухаметшин. В рамках совета созданы единые исламские образовательные стандарты, чтобы студент из Махачкалы мог перевестись в Болгарскую исламскую академию, например. Преемственность и стандартизация долго строились, но результат налицо: с советом согласны все муфтияты, с ним не спорят, не разделяются. Что-то подобное было бы неплохо иметь по индустрии халяль и исламским финансам», — заключил Рустам хазрат.
На сегодня академия пока не стала «фабрикой смыслов» в полном смысле этого слова: среди ее выпускников нет фигур, которые были бы широко признаны как авторитетные богословы не только в России, но и за ее пределами. Но стоит признать, что для появления богословов уровня, сопоставимого с признанными авторитетами, требуется не годы, а десятилетия.
На сегодня академия пока не стала «фабрикой смыслов» в полном смысле этого слова: среди ее выпускников нет фигур, которые были бы широко признаны как авторитетные богословы не только в России, но и за ее пределами
Чтобы БИА стала реальным драйвером духовного лидерства, эксперты указывают на ряд шагов. Во-первых, ставка на долгосрочное формирование научных школ, а не на количественные показатели выпуска. Во-вторых, создание среды открытой богословской дискуссии. В-третьих, системная работа по интеграции в глобальную исламскую науку (совместные программы, двойные дипломы, публикации на международных языках).
В конечном счете вопрос не в том, может ли Татарстан стать духовным лидером, а в том, готов ли он инвестировать в долгую и сложную работу по созданию собственной интеллектуальной традиции. Болгарская исламская академия — отличный инструмент для этого.
«Для нас халяль — это не просто соответствие религиозным нормам, а комплексный подход к ведению бизнеса», — объяснил гендиректор финансовой компании «ФД Амаль» Рустам Сагдеев
Как строятся «халяльные» дома
Обратимся к ключевым игрокам, которые сегодня формируют халяль-индустрию Татарстана в разных секторах экономики. За последние годы рынок исламских финансов в России заметно трансформировался: из нишевого сегмента он постепенно переходит в институциональную стадию развития. В числе пионеров, начавших системно внедрять принципы партнерского финансирования в российскую практику и адаптировать их к действующему правовому полю, — финансовый дом «Амаль». Компания работает в этом направлении с 2010 года, фактически с момента своего основания.
«Для нас халяль — это не просто соответствие религиозным нормам, а комплексный подход к ведению бизнеса. Он включает в себя отказ от процентных операций (риба), привязку финансирования к реальным активам, прозрачность условий и справедливое распределение рисков между сторонами», — объяснил Сагдеев.
В отличие от классических банковских моделей, «Амаль» не кредитует в традиционном смысле, а участвует в сделках — это может быть купля-продажа, рассрочка или инвестиционное партнерство. Каждая операция проходит шариатскую экспертизу и выстраивается в соответствии с международными стандартами AAOIFI.
Показательно, что интерес к партнерским финансам выходит за рамки локального рынка: в этом году в «Амаль» в рамках образовательной практики приедут студенты из Индонезии, чтобы изучать российский опыт. «Таким образом, халяль-направление становится востребованным не просто как нишевый продукт, а как полноценная часть финансовой системы с потенциалом масштабирования», — резюмирует Сагдеев.
Халяль-принципы активно внедряются и в строительной отрасли. Один из крупнейших застройщиков Татарстана — компания «Унистрой» — предлагает приобретение жилья по нормам шариата. Речь идет о беспроцентной рассрочке без пеней и штрафов сроком до 7 лет. Эта модель реализуется с 2018 года через жилищный накопительный кооператив «Жилищные традиции». За это время жильем обеспечено более 1 250 пайщиков на общую сумму порядка 4,5 млрд рублей. Координатором проекта долгое время выступал Рамиль Батыршин, который также инициировал создание потребительского кооператива для индивидуального жилищного строительства (ИЖС). В рамках этой модели объединились около 10 крупных застройщиков РТ, для которых была разработана схема финансирования ИЖС в соответствии с принципами халяль.
Халяль-принципы активно внедряются и в строительной отрасли. Один из крупнейших застройщиков Татарстана — компания «Унистрой» — предлагает приобретение жилья по нормам шариата
Еще один пример — компания Алмаза Галяутдинова «Строим дом мечты», которая с момента основания в 2016 году работает исключительно в халяль-парадигме. Фирма специализируется на строительстве премиальных деревянных домов и реализует проекты по всей России, включая заказы для высокопоставленных клиентов. Изначально бизнес-модель организации строилась без использования кредитов и ипотеки. Однако в последние годы на фоне массового распространения льготных ипотечных программ поток запросов со стороны клиентов значительно вырос, как и количество отказов.
«Что касается последних нескольких лет, когда ипотеки на строительство, можно сказать, раздавали направо и налево, к нам тоже увеличилось количество обращений по ипотекам, естественно, число отказов тоже выросло, [так как работаем по нормам шариата]. Мой отдел продаж, нужно признать, даже расстраивался из-за этого», — отметил Галяутдинов в беседе с нашим изданием. При этом компания не ограничивается отказом: клиентам предлагают альтернативу в виде халяльных финансовых инструментов, в том числе через сотрудничество с ФД «Амаль».
Руководитель организации «Строим дом мечты» также обращает внимание на риски, проявившиеся на рынке в последние годы: «Вернемся к 2021–2024 годам, когда с „халявными“ ипотеками огромное количество фирм показывали фантастические обороты и новые компании появлялись как грибы летом после дождя. Мы за всем этим наблюдали со стороны. В итоге у большинства из них выявились гигантские кассовые разрывы, началась череда „киданий“ клиентов, а после — банкротств», — подытожил он.
Гостиничный бизнес в России начал ориентироваться на халяль-стандарты примерно три года назад
Халяль есть, а сертификата нет — что в гостиницах?
Гостиничный бизнес в России начал ориентироваться на халяль-стандарты примерно три года назад. Изначально это была реакция на запрос гостей: отели убирали алкоголь из мини-баров, вводили халяль-позиции в меню, закупали кумганы (кувшины для омовений) и молельные коврики. Сегодня этот тренд не только сохраняется, но и постепенно усиливается, в том числе благодаря международным событиям, таким как форум «Россия – исламский мир: KazanForum», который ежегодно проходит в столице республики и формирует спрос на соответствующий сервис.
Тем не менее, как отмечает президент ассоциации отелей Казани и РТ Инга Гадзаова, отрасль пока не готова к массовому получению официального статуса Muslim Friendly. «Бизнес достаточно быстро адаптировался под запросы гостей и обеспечивает необходимый уровень сервиса, однако необходимости в строгой сертификации наша отрасль пока, к сожалению, не видит», — поясняет она.
В качестве исполнительного директора отеля «Островский» наша собеседница поделилась, что гостям всегда доступны по запросу кумганы и коврики, хотя официального сертификата нет. Аналогичной практики придерживаются и федеральные сети, включая Azimut: в 2020 году сообщалось о внедрении халяль-услуг в московских отелях сети. Что касается казанского отеля на улице Баумана, на запрос нашего издания в Azimut ответили, что официального статуса «Халяль» гостиница не имеет.
При этом в республике появляются и полноценные примеры сертифицированной инфраструктуры. Так, национально-туристический комплекс «Туган Авылым» одним из первых в России получил сертификат Muslim Friendly, подтверждающий наличие условий для комфортного пребывания мусульман. «К нам приходит много местных жителей-мусульман, потому что здесь все халяль, а на территории есть мечеть. Это был первый объект, который мы открыли при восстановлении комплекса. В месяц Рамадан ежедневно проводим ифтары примерно на 300 человек», — отмечал совладелец комплекса Радик Абдрахманов.
Совсем недавно к числу сертифицированных объектов присоединился и четырехзвездочный гостиничный комплекс «Сулейман Палас». В историческом центре Казани, на территории Старо-Татарской слободы, работает еще один отель с халяль-услугами — «Кунак». Им владеет Мухаммад Джалялетдинов — сын экс-имама мечети Аль-Марджани Мансура Джалялетдинова, одного из основателей халяль-индустрии в Татарстане. Именно по его инициативе в 1998 году в Казани открылся первый магазин халяль-продукции «Халяль ризык».
Национально-туристический комплекс «Туган Авылым» одним из первых в России получил сертификат Muslim Friendly, подтверждающий наличие условий для комфортного пребывания мусульман
Общепит расширяет мусульманское меню и подает садаку
Сфера общественного питания в Татарстане развивается в халяль-направлении еще активнее, сочетая коммерческий рост с формированием новой потребительской культуры. Одним из самых узнаваемых проектов стала сеть «Тюбетей», основанная в 2015 году Султаном Сафиным, Айнуром Камалиевым и Русланом Гильмутдиновым. Это первая в Казани сеть татарского халяль-фастфуда, предлагающая традиционные блюда в современном формате. Все рестораны сертифицированы, используют исключительно разрешенные ингредиенты и оснащены молельными комнатами.
Активно развивается и сеть узбекской кухни Numi, получившая официальный халяль-сертификат в 2024 году. Сегодня в Казани работает несколько заведений сети, она продолжает масштабироваться. «Спрос на халяль растет. Знак „Халяль“ вызывает у людей определенное доверие», — отмечает основатель Numi Шахобиддин Мухитдинов, совладелец лаунджа Shab, греческого Dia и летнего One Season.
Для сети «Кыстыбый», которая за последние три года выросла в 2 раза, халяль — это не просто «галочка в сертификате», а базовый принцип, заложенный еще на этапе создания проекта в 2016-м, обращает внимание владелец Азат Низмутдинов. «Проект изначально задумывался как халяльный, современный и татарский. Для меня и моей семьи это близкая история. В студенческие времена я сам мучился в Казани и не мог найти нормальное халяльное кафе, питался рыбой или овощами», — рассказал он нашему корреспонденту.
Для сети «Кыстыбый», которая за последние три года выросла в 2 раза, халяль — это не просто «галочка в сертификате», а базовый принцип, заложенный еще на этапе создания проекта в 2016-м
Производственная база сети — фабрика площадью около 800 кв. м с отдельными цехами — регулярно проходит сертификацию в комитете по стандарту «Халяль» ДУМ РТ. Контроль охватывает всю цепочку: происхождение мяса, условия хранения, соседство продуктов. В ресторанах есть молельные комнаты, в Рамадан проводятся ифтары, а в меню — расширенная линейка халяль-продуктов. «Мы ушли от стереотипа, что халяль — это только эчпочмак или кыстыбый с мясом. Сейчас у нас есть и курица, и рыба, и десятки начинок. Мы экспериментируем, но в рамках дозволенного», — отмечает бизнесмен.
Еще один устойчивый игрок рынка — сеть кафе Medina Food, работающая с 2005 года. Ее основатель Равиль Фазлыев отмечает, что спрос на халяль-формат продолжает расти. «Мне недавно позвонил друг из Нижнекамска и говорит: „Равиль, в этом городе надо срочно открыть такое заведение, как у вас. Здесь очень не хватает чистых кафе, где можно было бы посидеть с семьей в тишине“. Судя по этому звонку и непрерывно растущей аудитории постоянных клиентов Medina Food, я уверен, что со временем халяль победит нехаляль», — рассказывал он в интервью «БИЗНЕС Online».
«Когда мы только начинали, рынок халяль, по сути, только формировался — зачастую было достаточно просто вывески «Халяль», — вспоминает Руслан Хайрутдинов
«Когда человек производит халяльную пищу, он несет ответственность не перед людьми, а перед Богом»
Группа компаний «ИТLE», возглавляемая Русланом Хайрутдиновым, развивается сразу в нескольких направлениях: от общепита до промышленного производства продуктов питания. В свободной экономической зоне в Зеленодольске они развивают фабрику по производству готовой еды (боксы). Продукция представлена в Московской области, Тольятти, Нижнем Новгороде, Уфе, Казани, Ярославле, Саратове, Самаре и других городах. А еще боксы ИТLE можно встретить на заправках трассы М12.
«Когда мы только начинали, рынок халяль, по сути, только формировался — зачастую было достаточно просто вывески „Халяль“», — вспоминает Хайрутдинов. Со временем ситуация изменилась: халяль стал массовым трендом, но нередко формальным. Во многих заведениях он начал соседствовать с алкоголем, что противоречит базовым принципам. В ответ на это в ИТLE сформировали концепцию Halal 360°, при которой стандарты распространяются на все аспекты бизнеса — от финансовой модели до кухни. А недавно компания запустила Halal Collab — сообщество из 6 компаний, объединенных общими ценностями и подходом к ведению бизнеса. «Мы стараемся создавать целую экосистему халяль-культуры», — поясняет основатель.
Своего рода амбассадором татарстанских продуктов на рынке остается сеть «Бахетле», основанная Муслимой Латыповой. Первый магазин с домашней кулинарией открылся в Казани еще в 1998 году, а на пике (до пандемии) она насчитывала более 20 супермаркетов по всей России. Халяль-линейка включает собственную выпечку, готовые блюда, полуфабрикаты из говядины и конины, а также кондитерские изделия с соответствующей сертификацией. В период Рамадана такая продукция традиционно выделяется на полках и пользуется повышенным спросом. Компания имеет опыт международной экспансии: до пандемии продукция поставлялась в Казахстан, Азербайджан, Германию и ОАЭ. Сегодня «Бахетле» возвращается на ближневосточные рынки — с обновленным портфелем, накопленным опытом и четкими амбициями.
Своего рода амбассадором татарстанских продуктов на рынке остается сеть «Бахетле», основанная Муслимой Латыповой. Первый магазин с домашней кулинарией открылся в Казани еще в 1998 году, а сегодня сеть насчитывает более 20 супермаркетов по всей России
Компания «ЭМИЗ», изначально известная как производитель напитков, за последние годы трансформировалась в мультибрендовый холдинг. Об этом рассказывал ее основатель Фазулзянов. Сегодня в портфель входят кондитерская линия «Бал-Май», натуральные лимонады и соки под брендом Elsa, а также кейтеринговое направление. Активно развивается и экспорт: в 2025 году продукция поставлялась в ОАЭ, Малайзию, Индонезию, Казахстан, Узбекистан, Беларусь и Киргизию.
«Сейчас мы активно развиваем отношения с Малайзией, с партнером-производителем. Туда поставляем продукцию „ЭМИЗ“, а обратно забираем его продукцию под нашим брендом. Например, кофе с экстрактом черного имбиря. В плане зарубежного партнерства в прошлом году мы очень хорошо наладили связи с Узбекистаном. Впервые заморозили виноград и привезли его сюда. Здесь переработали, сделали напитки и благополучно месяц назад растаможили его в Узбекистане, начали продавать», — пояснил Фазулзянов.
Сегмент сельского хозяйства и переработки также демонстрирует устойчивый рост. КФХ «Рамаевское» специализируется на выращивании и переработке утки. Предприятие ежемесячно отгружает 200–250 т продукции, а поголовье птицы приближается к 3 миллионам. По словам Хайрутдинова, объемы производства ежегодно удваиваются — даже в период пандемии. Продукция поставляется как на внутренний рынок (Москва, Санкт-Петербург, Самара, Владивосток и другие города), так и за рубеж — в Узбекистан, Таджикистан, Киргизию и страны Ближнего Востока, включая ОАЭ. При этом бизнес сталкивается с ограничениями роста. «Мы открыли три магазина в Узбекистане. Но это разве магазины? Это маленькие помещения. Ну не хватает у меня средств», — сетует собеседник газеты.
Сегмент сельского хозяйства и переработки также демонстрирует устойчивый рост. КФХ «Рамаевское» под руководством Фарида Хайрутдинова специализируется на выращивании и переработке утки
Особое внимание он уделяет философии халяль-производства. «У нас 150 сотрудников, не все они практикующие мусульмане. Может, силы воли не хватает намаз читать, но мы продвигаем философию уважения, понимания друг к другу, — утверждает владелец КФХ „Рамаевское“. — Я считаю, что, когда человек производит халяльную пищу, он несет ответственность не перед людьми, а перед Богом. Это сама философия жизни. Да, можно обмануть человека, но нельзя обмануть Бога — обязательно будешь наказан. Я не боюсь проверяющих, а боюсь Бога». Проверяющим утиный король только рад, особенно представителям комитета по стандарту «Халяль», которые помогают исправить ошибки, находить поставщиков и участвовать в профильных выставках.
Халяль-сегмент развивается и за пределами пищевой индустрии. Так, в Татарстане набирает популярность бренд косметики «Камали», основанный Алиной Минибаевой. Продукция фирмы соответствует халяль-стандартам и не тестируется на животных. В составе используются преимущественно натуральные ингредиенты: около 80% ассортимента — веганские продукты, остальная часть — вегетарианская. Бренд уже вышел за пределы региона и пользуется спросом в других регионах России, подтверждая, что халяль — это не только о питании, но и об образе жизни в целом.
В совокупности эти примеры показывают: халяль-индустрия в РТ — это уже не отдельные проекты, а формирующаяся экосистема, охватывающая финансы, производство, строительство, туризм и повседневное потребление.
.jpg)
«ЭМИЗ» в Рамадан: эликсир для жизненной силы и единство за столом ифтара
Священный месяц Рамадан — это время духовного очищения, глубокой веры и особого единения. В эти благословенные дни Группа компаний «ЭМИЗ» предлагает уникальную возможность совместить заботу о своем организме с традициями гостеприимства.
Флагманский продукт компании — натуральный напиток премиального качества «ЭМИЗ» («эликсир молодости и здоровья»). Созданный на основе вековых традиций и современных технологий, он стал настоящим открытием для ценителей чистого питания. Богатый витаминами и мощными антиоксидантами, «ЭМИЗ» не содержит сахара и консервантов, что делает его идеальным выбором для восстановления сил после долгого дня поста. Его уникальность уже отмечена на высоком уровне: напиток является лауреатом Всероссийского конкурса «100 лучших товаров России», а компания — постоянный участник международных выставок и конференций, подтверждая статус одного из лидеров в производстве Халяль-продукции.
Специальное предложение на Рамадан: 3=6*. Это не просто выгодная покупка, а забота о том, чтобы каждая семья могла поддержать себя полезным напитком.
Группа компаний «ЭМИЗ» приглашает всех верующих разделить благословенную трапезу ифтара на территории Гастрокомплекса Эмиз, расположенного по адресу: Казань, ул. Сафиуллина, 29.
Здесь вас ждет не только вкусная, сытная еда, но и все необходимые условия для комфортного совершения намаза. С «ЭМИЗ» каждое мгновение поста наполняется чистотой, пользой и верой.
БАД. НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ЛЕКАРСТВОМ
*Акция действует до 19 марта 2026 г. Подробности по телефону или на сайте.
Казань, ул. Сафиуллина, 29
Комментарии 98
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.