«Технически в стране появился новый вид обуви наряду с туфлями, лоферами и так далее. Мы два года боролись за это в суде», — рассказывает предприниматель из Кукмора Алмаз Габидуллин, который много лет производит обувь и аксессуары из войлока. С 2024 года основатель бренда Kiez доказывал Роспатенту, что зарегистрированный регулятором товарный знак не может иметь правообладателя, и дошел в своей борьбе до Верховного суда. Подробности — в материале «БИЗНЕС Online».
Предприниматель из Кукмора Алмаз Габидуллин: «Эта обувь — валеши — существует очень давно! И производители такой обуви не первый день работают. Но, вероятно, московский предприниматель решил зарегистрировать этот товарный знак и патент на полезную модель, чтобы заключать лицензионные соглашения»
Битва за валеши
В апреле 2024-го индивидуальный предприниматель из Татарстана Алмаз Габидуллин, который делает в Кукморе войлочную обувь под брендом Kiez, получил неожиданный иск от бизнесмена из Москвы Юрия Василевского на 3 млн рублей. Столичный предприниматель пошел в арбитраж объяснить, что валеши (короткие сшитые войлочные сапожки), которые производит Габидуллин, — это не просто обувь, а запатентованная полезная модель №191436, товарный знак «валеши» (№501598) и «валеши народные» (№403012). А Kiez, стало быть, их незаконно использует.
В своей правоте Василевский, похоже, был уверен: он до этого подавал аналогичные иски, например, к ИП Сабирову и Гатчинскому промкомбинату. Те оспаривать не стали и сразу заключили мировое соглашение. «Габидуллин единственный, кто решил бороться», — говорит патентовед из Казани Алевтина Белова. Дело поступило на рассмотрение в Арбитражный суд РТ и в конце мая 2024-го было принято к производству.
Для основателя Kiez это был не просто спор о названии, а попытка монополизировать слово, которым на рынке называют конкретный вид обуви. «Эта обувь — валеши — существует очень давно! И производители такой обуви не первый день работают. Но, вероятно, московский предприниматель решил зарегистрировать этот товарный знак и патент на полезную модель, чтобы заключать лицензионные соглашения», — говорит он.
Валеши — это обувь из войлока, внешне похожая на валенки, но отличающаяся от них технологией изготовления. Если валенки валяют, то валеши шьют. Материалом для них служат листы войлока, детали выкраивают по лекалам и сшивают между собой. Получаются «валенки шитые» — валеши. После их сажают на подошву и по желанию производителя украшают вышивкой или различными декоративными элементами. Высота голенища разнится: есть и высокие по колено, и короткий вариант по щиколотку, и до середины голени.
Кто и когда начал первым в России производить валеши — вопрос открытый: собеседники «БИЗНЕС Online» утверждают, что такая обувь упоминалась и продавалась в сети с 2010-х. Пик популярности валешей пришелся на 2019–2020 годы, когда товар активно реализовывался на маркетплейсах и пул производителей расширялся. Так, например, в 2019-м производство валешей освоило ПО «Гатчинский промкомбинат», производитель из Истры — компания «Валеши» — активно торговал на маркетплейсах, а в 2023-м зашел со своей продукцией в сеть гипермаркетов «Глобус». Габидуллин свое производство открыл в 2016 году.
«Почему-то выставил иск на такую большую сумму только мне, маленькому предпринимателю из Кукмора…»
Первым делом Габидуллин отправил жалобу в палату по патентным спорам — он принес десятки скриншотов с сайтов производителей по продаже валешей, скриншот страницы из национального каталога страны, из маркетплейса, где «валеши» указаны как вид обуви, и другие материалы, доказывающие, что слово используется в широком обиходе. В итоге палата признала патент недействительным. А вот Роспатент просьбу досрочно прекратить охрану знака «валеши» удовлетворить отказался. Регулятор утверждал: «валеши» не единственное обозначение сшитых валенок, производители используют наименования и «валенки сшитые», и «обувь из войлока», и «пимы». А приведенные Габидуллиным материалы совсем не доказывают, что спорный термин давно, широко и повсеместно используется как название обуви.
«Технически в стране официально появился новый вид обуви наряду с туфлями, лоферами и так далее. Мы два года боролись за это в суде», — говорит Габидуллин
В марте 2025 года Габидуллин обратился в более высокую инстанцию — суд по интеллектуальным правам, который принял его сторону. Он учел, что как минимум с 2013-го спорное обозначение использовалось производителями и продавцами в качестве наименования зимней обуви. Роспатент пытался обжаловать это решение, но не смог. В суде обратили внимание, что за 10 лет с момента регистрации товарного знака правообладатель не занимался его защитой. «Почему-то выставил претензии и иск на такую большую сумму только мне, маленькому предпринимателю из Кукмора, а не всем тем производителям в стране, которые производят и продают валеши», — недоумевает Габидуллин.
Финальную точку в этом деле поставил Верховный суд России. Роспатент и Василевский обратились туда в январе 2026-го с кассационной жалобой, но суд не увидел причин для ее рассмотрения в судебной коллегии по экономическим спорам. За название «народные валеши» тоже пришлось побороться: несмотря на наличие уже вступивших в силу решений СИП по «валешам», палата по патентным спорам, по словам предпринимателя, дважды переносила свои заседания.
«В первый раз Роспатент отложил заседание по „народным валешам“, сославшись на некое „ходатайство правообладателя“, который вообще не присутствовал на заседании. Ошибку в официальном протоколе я обнаружил сам, только после требования предоставить аудиозапись заседания ведомство признало „неточность“. А второй раз Роспатент переносил слушания, ссылаясь на необходимость дождаться позиции Верховного суда России по делу о товарном знаке „валеши“, хотя между собой эти дела не связаны…» — разводит руками предприниматель.
Но все усилия оправдались: 24 апреля 2026 года Роспатент официально признал элемент «валеши» неохраняемым. Частично охрану сняли и с товарного знака «народные валеши». «Технически в стране официально появился новый вид обуви наряду с туфлями, лоферами и так далее. Мы два года боролись за это в суде», — говорит Габидуллин.
Теперь осталось снять иск на 3 млн рублей в Арбитражном суде РТ. «Важно будет установить, использовалось ли данное слово как товарный знак или как обозначение обуви. Конкретно в нашем деле речь идет о втором варианте. Поэтому суду в любом случае предстоит дать правовую оценку доводам нашей стороны и господина Василевского. Мы, конечно, будем настаивать на том, что охрана товарного знака прекращена досрочно и в период, за который нам предъявляет иск Василевский, его товарный знак уже вошел в обиход, был на устах производителей и потребителей. Сейчас мы подали ходатайство о возобновлении дела самостоятельно — хочется прийти к логическому завершению», — поясняет юрист Никита Валиков.
24 апреля 2026 года Роспатент официально признал элемент «валеши» неохраняемым
«Случай на миллион»
По словам Валикова, в российской практике было всего около 20 дел, в которых указывается статья по досрочному прекращению охраны товарного знака, — и ни одного прецедента, когда основанием для досрочного прекращения охраны товарного знака было то, что обозначение стало общеупотребительным.
«В мировой практике есть такие примеры — угги, ксерокс — это все истории о превращении товарного знака в обозначение вида товара. Но это крайне редкий сценарий! Я в Роспатенте таких историй и судебных материалов, пожалуй, даже не найду. Были попытки снять охрану с товарного знака ввиду его широкого употребления, но успехом они не увенчались. Так что история с валешами — случай на миллион», — объясняет патентовед Белова.
История с валешами не первый прецедент в Татарстане, когда товарный знак лишается охраны. Похожий случай прогремел в 2024-м, когда театр кукол «Экият» получил две досудебные претензии на полмиллиона рублей каждая за использование товарных знаков «Шурале», «Су Анасы», «Камыр Батыр» и т. д. Дело дошло до суда, и в августе 2025 года Арбитражный суд РТ встал на сторону театра «Экият». УФАС по Татарстану также признало регистрацию обозначений «Шурале», «Су Анасы» и «Камыр Батыр» незаконной — мол, компания использовала общеизвестные обозначения для получения выгоды, что относится к недобросовестной конкуренции.
В октябре 2024 года театр кукол «Экият» получил две досудебные претензии за использование товарных знаков от компании ООО «Национальные игрушки». Аналогичные требования, включая выплату 500 тыс. рублей и прекращение реализации продукции под брендом «Шурале», были предъявлены индивидуальному предпринимателю, занимавшемуся продажей сувениров и изделий народных художественных промыслов. Позднее спор перешел в судебную плоскость. В августе 2025-го Арбитражный суд РТ встал на сторону театра «Экият». Регистрация обозначений «Шурале», «Су Анасы» и «Камыр Батыр» также была признана федеральной антимонопольной службой по РТ незаконной. В УФАС пришли к выводу, что действия «Национальных игрушек» были направлены на получение имущественной выгоды за счет ограничения использования общеизвестных образов и взыскания компенсаций, что квалифицируется как недобросовестная конкуренция.
В марте 2026-го на встрече с театральными деятелями в Совфеде министр культуры РТ Ирада Аюпова вышла на трибуну с игрушкой Шурале, несказанно удивив Валентину Матвиенко, и очередной раз подняла вопрос о том, как действующая система регистрации товарных знаков позволяет закреплять права на словесные обозначения. Тогда в разрешении спора министерству помогли представители библиотечного сообщества и системы Госфильмофонда, которые доказали, что указанные образы широко использовались задолго до их регистрации. В результате запись в реестре Роспатента была аннулирована. «Таким образом, у нас есть беспрецедентный опыт. Я думаю, его можно тиражировать и дальше», — отмечала министр.
Комментарии 6
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.